Книга Три старушки под окном, страница 74 – Елена Казанцева

— Я рядом на одном поле с этими срать не сяду, - взвизгнул Петр.

— Фу, молодой человек, а говорили про воспитание и дворянские корни. Так дворяне при дамах не выражаются, - отметила достаточно громко Тимофеевна.

— Да ты, да вы…дряни! Вы ведьмы! Где моя машина?! – Петр тряс пальцем в воздухе.

— Мы приносим извинения, мы действительно действовали очень сумбурно, это был эффект. Мы готовы заплатить вам за разбитую машину.

— Что? – Петр неожиданно ожил. – У вас есть деньги за такую дорогую машину?

В его глазах мелькнула презрение, смешанное с уничижением.

— Ну, мы можем отдать вам одну из своих машин на выбор: ауди, бмв, есть порш.

— Откуда у вас такие машины? – удивился Петр.

— Ну, мы не бедные овечки, - с уверенностью в голосе ответила Фроловна.

— Ага, потом в кусты и ищи ветра в поле, - с сомнением ответил ей Пётр.

— Я за девушек ручаюсь, Пётр, - вступился за подруг Тимофей. – Если они что-то натворили, то я все компенсирую.

Пётр молча обвел взглядом всех и пробормотал себе под нос: Увидим.

Он кивнул головой, приглашая в дом. Подруги засеменили к крыльцу. За ними в дом вошёл Тимофей, процессию замыкали Петр и его камердинер с ружьем наперевес, словно он охранял и конвоировал преступников. Они прошли в большую гостиную и расселись по стульям за большим столом.

— Ну-с, рассказывайте, - хозяин сел отдельно, смотрел холодно и настороженно.

Рассказывать историю взялась Тимофеевна. Изредка вставляла дополнения Фроловна. Марковна лишь сидела и молчала нахохлившись.

Пётр в начале слушал, удивленно тараща глаза, потом хмурясь, а к концу рассказа потемнел лицом.

— Значит, бабка была права, зло не ушло, - неожиданно сказал он.

Подруги переглянулись.

— А вы откуда знаете? – удивленно спросила Фроловна.

Хозяин встал и вышел. Его не было минут пятнадцать. Гости уже начали волноваться. Когда Пётр вновь перешагнул порог гостиной. В руках он держал старинный ларец со странными знаками на боку и крышке.

— Это то, что передается у нас из рода в род, - ткнул пальцем Пётр в ларец. – Бабке передала его моей бабке, та своему сыну, так он дошёл до меня. Из истории только записка на бересте «Зло не исчезает бесследно». Понятие не имею, что это обозначает, но теперь мне кажется, что вы пришли за этим.

С этими словами он открыл ларец и вынул оттуда пергамент. Всего три свитка. Они упали на стол и зашуршали. И всем в этой комнате показалось, что кто-то невидимый шепчет страшные слова. Пламя свечей качнулось, словно в комнате был ветер, но двери и окна были закрыты.

Фроловна протянула руку к самому первому свитку, окрашенному в черный цвет, взяла его в руки и дернула за ленточку, что его перевязывала. Свиток послушно раскатился по столу, открывая свое содержание. И подруги содрогнулись. Потому что в этом свитке было описание в картинках черного ритуала. Кто-то искусный и неведомый описал, как надо отделить человеческую голову от тела, как забальзамировать голову, чтобы душа продолжала жить в теле.

— Какой ужас, - пробормотала Марковна.

— Главное, тело находится рядом с головой, если уничтожить голову, то тело все равно будет жить, потому что душа не ушла, сожги мы только голову, тело продолжило жизнь, - рассказывала Тимофеевна, водя пальцем по строчкам текста.

— Так тут на каком-то другом языке написано, как ты это прочитала? – удивилась Марковна.