Книга Три старушки под окном, страница 72 – Елена Казанцева

А Марковна побежала проверять пульс.

— Уф! Жив, - кивнула она головой.

— Да что ему сделается, - фыркнула Фроловна.

Мужик застонал и пошевелился.

— Правду сказала, мозга там нет, а шишка будет во весь лоб, - и Марковна ткнула в наливающийся синяк.

Сторож застонал сильнее.

— Выпустите меня, - долбился в двери Тимофей.

— Сейчас.

Тимофеевна быстро подбежала к двери и повернула ключ. Тимофей шагнул из церквушки. В одной руке у него была связка свечей, во второй он держал лампадку на цепи. Внутри неё горел огонек.

— Вот вам и свечи, вот вам и святой огонь, - подал добытое Тимофей.

— А чего дальше? – Тимофеевна в страхе отдернула руки, боясь взять в руки предметы культа.

— Ну, если следовать тому, что сказало приведение сестры, то надо сжечь ведьму.

— Ой, что-то мне страшно, - Марковна сложила ручки на груди в молитвенном.

— Поехали,- скомандовала Фроловна. – Ночь скоро закончится.

— А с этим что? – Тимофеевна указала на сторожа.

— А чего с ним, жив ведь, отлежится, - махнула рукой Фроловна. – Поехали.

Они сели в машину. Тимофей завел двигатель, и машина тронулась с места. До деревни ехали молча. Каждый думал о своем. Тимофею хотелось быстрее совсем разобраться и вернуться домой. Он надеялся, что сможет уговорить Арину жить вместе. Ведь никогда не поздно попробовать начать все с начала. Арина в этот момент мечтала, что хорошо бы лечь дома на диван и взять книгу с полки. Чтение поэзии её всегда успокаивало. Марковна чесала кожу под париком, мечтая о своих роскошных черных волосах. Она уже привыкла к новому телу, и ей совсем не хотелось возвращаться обратно, в те бурные восьмидесятые, где она была просто старушка. А Фроловна ломала голову над тем, как попасть во владения старой ведьмы, ведь ворота явно закрыты.

С этими мыслями они остановились в центре деревни.

Здесь не было освещения. Луна к этому времени зашла за кромку леса, и вокруг стало темно так, что хоть глаз выколи. Деревенские домишки тоже все были окутаны тьмой. Перед восходом солнца сон самый крепкий. Деревенские ложились рано, чтобы рано встать. Поэтому деревню окутала не только темнота, но и тишина.

Они остановились и замерли. Надо было придумать план.

— Ну, и куда теперь, - Тимофеевна смотрела по сторонам, где-то в темноте чернели контуры изб.

— Я вот что предлагаю, - начала Фроловна. – Зайдем с задней стороны двора. С той калитки, что мы камнями привалили.

— А вдруг там собаки, - испуганно вытаращилась Марковна.

— А ты собак видела в прошлый раз? Конуру?

— Нет, а вдруг, - Марковна с испугом смотрела на Фроловну.

— Вдруг не бывает, на подворье не было даже намека на собаку, думаю, их так боится вся деревня, что и мысли не допускает залезть в этот гадюшник.

— А вдруг старая карга в этой избушке сидит, как нам тогда быть, - вопрошает Марковна.

— А что? У нас Тимофеевна разучилась народный наркоз делать? – фыркнула Фроловна.

— А дальше? Там ещё есть колобок на ножках со своим амбалом? – не унималась Марковна.

— Тут в дело должен вступить Тимофей и отвлечь их, - выдала распоряжение Фроловна.

Тимофей переглянулся с Ариной Тимофеевной. И удивленно воззрился на подруг. Он не предполагал, что ему готовят участь отбивного мяса.

— Ну, ты, конечно, здорово, все роли распределила, - усмехнулась Тимофеевна. – Только вот все вилами на воде писано.