Книга Я бегу по снегу босиком дальше, страница 116 – Нани Кроноцкая

Валентин внимательно оглядел парадных инквизиторов, ухмыльнулся, задержав взгляд на Венди.

— То, что вы видимо чем-то навлекли на себя гнев хозяйки. Обычно здесь все-таки кормят гостей завтраками.

При упоминании завтраков лица всех присутствовавших на кухне мужчин вдруг стали грустными. И голодными. Грустно-голодными они стали.

Даже у Венди тихонечко забулькало в животе. Это драконы могут жить без еды. От завтрака и до обеда. А обмен веществ морфа требует подкрепления. Так Лер говорил постоянно.

Линкс усмехнулся печально, поджав уголки рта, хлопнул в ладоши, что-то тихо прошептав, и на обеденном столе возник… маленький пир. С претензией уже скорее на полноценный обед.

— Силы нужно восполнить, сиятельные. Люся сейчас будет. А вот и она.

Возникшая у него за спиной Люся шагнула из Сумерек в комнату, пошатнулась и медленно сползла прямо на каменный пол кухни.

Философски проследив за акробатическим рывком Корвуса, подхватившего девушку на руки, похлопал его по плечу.

— Потрясающая она. Береги ее, парень. Час, потом горячий душ, сладкий чай и кормить.

— Она наполовину русалка.

Спасатель бросил быстрый взгляд на девушку, на секунды задумался. Хлопнул в ладоши:

— Горячая ванна: второй этаж на тридцать пять, авто подогрев воды тридцать минут, еще тридцать минут на двадцать семь. Тонизирующий сбор всю процедуру. Иди, неси, раздевай, укладывай и дежурь. Она будет спать. Через час чай и кормить. Иди уже, пернатый Ромео.

Кивавший в ответ парень был сосредоточен и не паниковал. Только нежно прижал к груди свою бесценную ношу и исчез в проеме выхода на второй этаж.

Линкс оторвался от косяка и тоже медленно двинулся к обеденному столу. И только когда Кот сделал к ним первый шаг, всем стало понятно, что он истощен и, возможно, даже ранен. Смертельная бледность, неуверенные движения…

Ди подскочила, усаживая его на стул. Заглянула в лицо, тот покачал головой отрицательно.

— Она же выходить не хотела. Не умеет рассчитывать еще силы свои молодежь. Пришлось выносить, а я, знаете ли, просто оборотень. Сумерки очень не жалую, и у нас с ними это взаимно.

— Ты, может, и не великий, но копа* (иной первой категории). Не прибедняйся, Линкс. Что там с детьми?

Кот устало оперся на спинку стула, признательно взглянув на Ди.

— Плохо с детьми. Не возвращаются. Мальчишка хоть Люсю услышал, моя же любовь… очевидно, останется кошкой.

Он придвинул к себе большую тарелку с горячей пиццей, уже нарезанной на куски и пахнувшей просто божественно, и стал жевать ее, глядя куда-то в окно с абсолютно потерянным выражением на лице.

— Что собираешься делать? — спросил тихо Лер, присаживаясь к столу и подтягивая к себе ровно такую же тарелку.

И чашку кофе, и блинчики. И тарелку с нарезкой мясной. Под пристальным взглядом Венди он вздохнул и взял в руки вилку и нож. Параллельно утягивая птицедеву свою на колени и ставя прямо перед носом ее еще одну чашку.

— Уйду со службы, уеду в Сибирь, построю избушку и будем так жить. Оборотень и потерянная рысь.

— Оптимистичненько.

Клавдий тоже к ним присоединился, оставив дракона в одиночестве. Тот что-то напряженно читал в инобуке.

— До недавнего времени у меня был смысл жизни. Раскрыть это дело, уничтожив тех, кто убил Валентину, и вырастить дочь. А теперь… Очень хочется сдохнуть.