Книга Второе дыхание, страница 51 – Любовь Негодяева

— Еще одна высокородная невеста прикатила, — заржал самый крайний из шайки, напоминающей карикатурную пародию на военных, и брезгливо ткнул в меня пальцем.

— Тоже замуж за кузнеца захотела, — поддержал сосед. — Приличные кавалеры давно попрятались.

— Прочь отсюда, — приказал МНЕ рослый рыжий детина.

— Нечего всякому разорившемуся отребью вмешиваться в барские дела, — вякнул лопоухий брюнет и схаркнул нам с подругой под ноги.

И тут я увидела нашивку на рукаве… с гербом Антуана де Шавреза. Похабники приняли проезжавшую мимо даму за многодетную соседку — Амалию де Гольц. А замуж выдавали, судя по всему, несовершеннолетнюю Виолетту, ведя в дом Божий на веревке, как бесправную козу.

Кровь ударила в голову. Магия гейзером забурлила в плохо обученном организме. Впервые ощутила, как сила выходит из-под контроля.

— Молчааать!!! — по округе прокатился рев взбешенной тигрицы, защищающей своего детеныша. Земля затряслась и вздыбилась под ногами. Брусчатка взлетела в воздух и закружилась в смертоносном танце, вынуждая обидчиков пасть на колени.

Чудом подавила эмоции, призвала дар к благоразумию и свалила гору булыжников в высоченную кучу. В общем, подарила селянам пирамиду. Нет, скорее курган. Бесплатно. От всей души. Пусть скажут спасибо, что никого не зашибла.

Кузнец трусливо сглотнул. Раздалось журчание, и под ногами жениха образовалась дурно пахнущая лужа. Ага! Всегда знала, что только отчаянные трусы способны на домашнее насилие. Наверняка самолично рвал одежду, скотина.

— Вам статус позволяет казнить, — шепнул Дарий де Рид.

— Легенду раскроем, — буркнул юный граф.

— Не быть мне Салтычихой, — хмыкнула недовольно, а потом ехидно улыбнулась. С лицом маньяка-исследователя подошла к плевавшемуся верблюду и с циничной усмешкой отправила местного «опричника» в стазис.

Вот тебе, Анечка, и материал для лабораторных исследований. Потренируйся на двадцати подлецах. А выгнанный из академии недомаг пусть помозгует, как расколдовать проштрафившихся подхалимов. И несостоявшегося свояка заодно.

На все про все ушло минут пятнадцать. Довольно урчащий в груди дар подсказывал, что насильников без моего участия никто к полноценной жизни не вернет. Разве что сильнейшие чародеи королевства сподобятся оказать людям Антуана услугу.

— Старосту позвать немедля, — повернулась в сторону таращившихся селян.

— Туточки я, госпожа баронесса, — толстенький живенький мужичок выступил вперед.

— Этот сброд нанес аристократкам оскорбление, которое смывается только кровью. Выбирай.

Первый вариант. Ты поклянешься, что погрузишь тела на телегу и не ранее, чем через пять часов отвезешь барону.

Второй вариант. Мужчин вносят в храм и оставляют на суд Высших сил. Думаю, Боги видели, как истово верные прихожане торопились в обитель.

— Хм. Потому и прислали нас, — не удержался от комментария один из охранников.

— Третий вариант. Мы украсим этими замечательными телами вершину кургана и зальем сооружение льдом на потеху проезжающим по тракту путешественникам. Забраться и снять не сможете. Придется любоваться до весны. Не знаю, выживут ли мерзавцы. Но, согласитесь, невелика потеря.

Местные жители злорадно заулыбались, предвкушая развлечение.

— Помилуйте! Хозяин с нас три шкуры спустит.

— А что мне до вас? — произнесла строго. — Всем поселением не могли защитить от позора и унижения законную дочь покойного Тревора де Шавреза. Да чтоб он вам снился каждую ночь, попрекал и пальцем грозил!