Книга Туда, где растет амарант, страница 2 – Кейт Андерсенн

Глава 2. Горизонталь. Кристина узнает о крае амаранта

— Счастье становится все дороже, Нина, - устало вздохнула мама Карла, разжимая ножом створки очередной мидии. Пропахшие тиной пальцы ловко соскоблили содержимое в миску, и пустая раковина полетела в ведро.

Задний дворик таверны смело смотрел в лицо горизонта за гладью моря. Туда, вниз по холму, звали сбежать чайки: намочить ноги в солнечном прибое и поискать морскую звезду. Если прошептать ей заветное желание и отпустить, есть вероятность, что оно исполнится. Так говорит папа Мигель. Но это не точно.

Только мама Карла слишком занята: сегодня в меню особо нежная паэлья без раковин, и нужно как можно скорее почистить целый чан вареных мидий. Сморщенная, как сушеный финик, тетушка Нина и мама Карла. У мамы большие черные глаза, и лицо от солнца не высыхает, а становится ослепительно бронзовым. Мама, по правде говоря, всегда занята.

Таверну "Горизонт" знают все на побережье. Хвалят отличную стряпню и чистые постели, но главный секрет "Горизонта" -- счастье. Оно немного похоже на брызги моря на рассвете, чуть больше -- на последний луч солнца, чуточку -- на ореховое масло с медом и очень сильно -- на мандариновый чай. Хотя точно описать его невозможно. Все говорят, что счастье -- это очень дорого, но в "Горизонте" оно просто живет, и достаточно лишь прийти. Сесть за деревянный столик и поесть маминой паэльи, и сердце уже похоже на птицу. А еще вечером у камина можно послушать папину сказку на ночь. И потом -- сразу в кровать. Простыни там пахнут свежестью бриза, и отбеливает их солнце. Так что, несомненно, каждый путешественник, ступивший на холм Святой Марии, просто обязан побывать в "Горизонте".

— Цены растут, - согласилась Нина, также выуживая из заполненного водой чана мидию и повторяя процесс. - Мы-то уж перебьемся, а вот детям купим на будущий год по флакончику... Но вам уж жаловаться, Карлита! Мигель его готовит чуть ли не из воздуха.

— Готовит из воздуха? - эхом отозвалась Карла, вытирая локтем пот с загоревшего лба и щурясь от яркого луча солнца. - Ты же знаешь, чего это ему стоит, Нина... Мы платим не дешевле остальных.

— Опять? - с сочувствием спросила тетушка Нина.

Мама Карла ничего не сказала и продолжила чистить мидии.

— Иногда я совершенно не понимаю, как могла выйти за него замуж, - наконец сказала она.

— Все совершают глупости, большие или маленькие, - пожала плечами тетушка Нина и охнула: лезвие ножа соскочило и порезало ей палец. - Тебе придется нести этот крест до самой смерти, но Кристину ты должна воспитать так, чтобы она не повторила твоей ошибки.

— Хочешь сказать, моя любовь -- глупость? - возмутилась мама Карла и сердито свела свои красивые брови. Ей совсем не понравилось, что тетушка Нина назвала папу Мигеля глупостью.

— Я сказала то, что я сказала, - возразила тетушка Нина. Прикусила свой палец и поднялась: - Мне мидий хватит. А тебе желаю успехов.

Мама Карла снова вздохнула. Она не считала, что папа Мигель -- ошибка и глупость. Просто она думала, что... папа Мигель -- иногда ведет себя как последний вредина. И бросает ее один на один с чаном свежих мидий.

Чайки кричали так, будто ничего об этом не знали. А что мешало маме Карле готовить паэлью с раковинами, как все? То, что решил папа Мигель в самый первый день "Горизонта": здесь будет все по-особенному.