Книга Огонь и Лед, страница 72 – Анна Синнер

Про то, что в гардеробе у нее висело мамино платье, Бэан’на вообще старалась не думать. Вооружившись бумагой и пером, она валялась на кровати, пока Булка и Белка стерегли ее покой, и пыталась составить список причин, поводов и отговорок, которые Искард посчитал бы весомым аргументом, чтобы отложить их близость. Не первую. Тут она напрасных надежд не питала. Понимала, что лечь с ним в постель ей все-таки придется. А за третью, пятую, десятую можно было бы и побороться.

Псы синхронно подняли головы и Бьянка услышала в коридоре голос брата:

— Каэль, подойди. Держи. Я написал тебе название книги. Как зайдешь в библиотеку, сразу направо и до конца. Стеллаж у окна. С книгами по истории. Достанешь эту с верхней полки. Мне роста не хватает дотянуться.

Гвардеец замялся:

— Ваше Высочество, Его Величество наказывал пост не покидать. Право слово, при всем уважении…

— Иди, Каэль. Отца нет во дворце. Никто ничего не узнает.

— Ваше Высочество! А принцесса? – Каэль понизил голос до шепота. – А ежели она сбежит? Мне потом головы не сносить!

Бэан’на навострила уши. Что затеял ее брат? А главное, каким образом этим утром мимо охраны сумела пройти Адриана? Приказы ее отца исполнялись безукоризненно, но богиня как-то ухитрилась проскользнуть внутрь и сделать это так, что гвардеец, стоящий за дверью, остался в неведении. Сой’ле же действовал по-старинке. Давил авторитетом:

— Принцесса? А я, по-твоему, кто? Откажешь принцу в простой просьбе?

— Да что же Вы такое говорите! Ваше Высочество!

— Тогда иди и принеси мне книгу. Не то я опоздаю на зачет. Сестру я сам покараулю.

Нет, Сой’ле явно что-то задумал. Бьянка спрыгнула с кровати под звук шагов спешно удаляющегося гвардейца и бросилась к двери, но та сама распахнулась ей навстречу, и увидела она отнюдь не Сой’ле.

В комнату влетел ее муж, на ходу сбрасывая полог невидимости, а брат… С равнодушной моськой Соле прикрыл дверцу за Иллаем и остался в коридоре.

— Ты? – зашипела Бьянка, размышляя, стоит ли позвать на помощь. – Пошел вон отсюда! Или я закричу…

— Не закричишь. Не убежишь. Драться и пытаться меня покалечить ты тоже не будешь. Это приказ.

— Ах ты…

Браслет на руке нагрелся, и Бэан’на чуть не завыла от злости. Утром отец вызвал артефактора, чтобы снять эту дурацкую побрякушку, но браслет оказался бракованным. Застежка попросту не поддавалась манипуляциям уважаемого в Сильвенаре господина Ритаринни, некогда служившего при королевском дворе в Килденгарде. Потребовалось дополнительное время, которого у нее не было, потому что Бьянка торопилась на обед с Ол’Кейне, и безделушка так и осталась при ней. Ритаринни лишь скрыл ее иллюзией, чтобы Искард ничего не прознал.

— Беа… – начал Иллай.

Бьянка зажмурилась. Руками закрыла уши:

— Уходи, Шерган. Просто уйди.

Ей хотелось к нему подойти. Как тогда, накануне, когда он растоптал ее сердце. Хотелось обнять его. Поцеловать. Сказать, что ей жаль. Что не стоило ей говорить тех слов, оскорблять его, унижать. Но она отчаянно цеплялась за фантом собственной гордости… А Иллай взял и обнял ее сам. Заключил в стальной капкан, где ей было так тепло и уютно, что Бьянка не нашла в себе сил его оттолкнуть.

— Даэр’аэ, прости меня. Сглупил. Идиот.

— Сглупил? Так это теперь называется?

Бэан’на могла бы устроить ссору, вытолкать его из покоев, а потом, для верности, поругаться с братом, который, судя по всему, и привел сюда Иллая, но рядом с ним ее боль утихла, и в душе снова вспыхнул огонек. Маленький лучик надежды, что у нее есть еще шанс вернуться домой. В Эльсинор. Адриана в яблочко попала, сказав, что дом – это люди. Народ Эльсинора и был для нее родной гаванью. Как и все, кто ныне жил в Сейгарде. В знаменитых пещерах под землей.