Книга Ловушка для строптивой, страница 59 – Ани Марика

— Значит, оставим поездку на завтра, — соглашается двуликий.

— Хорошо, — киваю я. Оба два разворачивают и собираются выйти. — А вы это… есть не хотите?

— Позже поедим, повесим магические огни на твои фигуры, — отвечает Хантер и, подталкивая Себастьяна, удаляется.

— Что, чёрт возьми, происходит? С каких пор эти двое стали такими дружными и… заботливыми? — задаю риторический вопрос в пространство.

Гас плечами пожимает, тоже провожает своё начальство удивлённым взглядом.

Сытно поев, мою грязную посуду, прибираю стол и спешу поскорей посмотреть на работу побратимов. Сейчас ведь явно сделают всё тяп-ляп. «Спешу» — громко сказано, сил у меня не так много. Слабость ещё в теле циркулирует. Держась за стеночку, выхожу на крыльцо и обалдело приваливаюсь к косяку.

Себастьян стоит в центре поселения в окружении многочисленных детей и нескольких женщин. Выпускает из рук разноцветные светящиеся лучи. И украшает деревню. То, что я делала в течение последних пяти дней, он делает за пять минут. Счищает снег с крыш домов, вешает магические гирлянды по всей главной улице и по фасаду соседних домов. Ель и вырезанные фигуры укутывает светом. Добавляет магии на все разрисованные мной окна. Играючи создаёт настоящую сказку.

— Может, архонту предложишь переодеться в твоего волшебника? — замечает Гас.

— Нет уж, я уже под твои габариты сшила костюм, — вредничаю я.

Закончив украшать посёлок, Себастьян протискивается между детворой и идёт ко мне. Отступаю. Правда, некуда. За спиной Гас стоит.

— У тебя очень красивая магия, — шепчу, облизнув губы.

— Спасибо, я и тебя научу так магичить, — со всей серьёзностью говорит мужчина, остановившись возле меня. — Кстати, об этом. Хантер сказал про магическое истощение. Я могу подпитать тебя, быстрее поправишься.

За его спиной низко рычит второй как бы муж. Перевожу взгляд, попадая под прицел сердитых светящихся голубых глаз, и сглатываю.

— Не стоит, мне уже лучше. Пойду почитаю.

Разворачиваюсь и ухожу в комнату в надежде спрятаться от мужчин. Удивительно, но никто за мной не идёт. Я даже оглядываюсь. Стоят у крыльца, общаются и даже не рычат. Друг друга убить не пытаются. Они явно что-то задумали. И мне теперь любопытно — что?

До поздней ночи я читаю письма и замечаю, насколько отличаются желания у детей моего мира и этой деревни. Шестилетки с Земли просили у Деда Мороза радиоуправляемые игрушки, роботов, кукол Lol. Были, конечно, и конструкторы, предметы для творчества, но большинство желало гаджеты. Особенно телефоны определённого яблочного производителя.

Дети Валлиона просят одежду, обувь, чтобы папа приплыл поскорей. Нет, есть, конечно, среди их желаний и игрушки, но это не первоочередное. Один мальчик вообще написал, что хочет, чтобы крыша не текла.

От этих детских искренних записок вместо умиления опять расплакалась. Слёзы отобрали оставшиеся силы, и я уснула прямо среди груды писем.

Просыпаюсь ранним утром. Вполне отдохнувшая и прижатая к мужской груди. Не сразу понимаю, кто это меня обнимает. Надо бы вскочить и устроить скандал с битьём утвари об голову наглеца. А я таращусь на собранные записки, что лежат ровной стопочкой на столе. И анализирую произошедшее.

Меж тем мужчина тоже просыпается. Ладонь на животе напрягается и давит сильнее, прижимая к торсу. И этот собственнический жест вызывает странный трепет в груди.