Книга Четвертая жена проклятого барона, страница 50 – Амари Санд

Часы тянулись, как густая патока. Я меняла компрессы на его лбу, смачивала пересохшие губы водой. Вглядывалась в его лицо, пытаясь разгадать тайну, скрытую за этими резкими чертами.

Даже во сне, изможденный и раненый, он выглядел властно. Жесткая линия челюсти, волевой подбородок, шрам над бровью. Синяя Борода. Убийца жен. Тиран.

Но сегодня он бросился в огонь ради простых шахтеров. Он мог послать туда помощников. Мог остаться в безопасности. Но он пошел сам. Почему? Гордыня? Ответственность? Или за этой броней цинизма скрывается сердце, способное болеть за других?

Внезапно он заворочался. Лицо исказила гримаса боли или тоски. Голова мотнулась по подушке.

— Нет… — хриплый шепот сорвался с его губ. — Как ты могла? Почему?

Я наклонилась ближе, убирая прилипшую прядь волос с его лба.

— Тише, Ридгар. Ты в безопасности. Ты дома.

— Мариса… — выдохнул он. И в этом имени было столько нежности, столько отчаянной, рвущей душу мольбы, что я отдернула руку, словно обожглась.

Мариса.

Это имя не принадлежало ни одной из жен. Изольда, Элина, Ровена — я выучила их наизусть. Марисы в этом списке не было.

Кто она? Любовница? Тайная страсть? Женщина, которую он любил до того, как стал чудовищем?

Я ощутила острый укол ревности. Глупо было ревновать к человеку, которого я знала меньше недели. К тому же, я боялась барона. Подозревала свекровь в убийствах, а его — в попустительстве. Какое мне дело до того, чье имя он шепчет в бреду?

Но, как оказалось, услышать чужое имя было больно. И не потому, что оно принадлежало другой женщину, а потому, как он это сделал. Так зовут не игрушку на одну ночь. Так зовут ту, без которой невозможно дышать.

— Мариса… — снова простонал он, и по его щеке скатилась скупая слеза, которую он никогда не позволил бы себе в сознании.

Я замерла, глядя на эту влажную дорожку. Мой муж, железный барон, страдал во сне о другой женщине. Значит, он все же умеет любить. Выходит, он не бесчувственная глыба льда, которой я его считала. Он живой. Раненый, искалеченный прошлым, но живой.

Это открытие должно было меня обрадовать, но вместо радости внутри разлилась горькая обида. Для него я всего лишь объект страсти. Навязанная жена, роль которой заключается лишь в том, чтобы родить наследника.

— Спи, — жестко сказала я, снова прикладывая холодную ткань к его лбу. — Марисы здесь нет. Здесь только я. Твоя четвертая жена, которая пытается не стать четвертым трупом.

Он затих, словно послушавшись моего приказа, и провалился в глубокий, тяжелый сон. А я осталась сидеть, глядя на пламя свечи и перебирая в памяти услышанное имя.

Мариса. Я найду тебя, призрак прошлого. Узнаю, кто ты, и почему память о тебе заставляет этого сильного мужчину страдать.

Рассвет окрасил небо в лиловые оттенки. Я не сомкнула глаз ни на минуту, охраняя сон Ридгара, как цербер. Когда во дворе послышался стук копыт и ржание, я поняла: гонец вернулся.

Дверь распахнулась без стука. На пороге появился высокий, худой мужчина в дорожном плаще, с кожаным саквояжем в руке. За ним маячил запыхавшийся конюх.

— Магистр Элдерик, — представился вошедший, смерив меня цепким, колючим взглядом поверх очков. — Мне сказали, барон при смерти. Где пациент?

— Здесь, — я поднялась, чувствуя, как хрустят затекшие суставы. — Проходите. Только руки вымойте. Спиртом.