Книга Четвертая жена проклятого барона, страница 24 – Амари Санд

Служанка уставилась на меня с недоверием.

— А что же тогда, миледи?

— Охота, — жестко произнесла я. — Кто-то очень не хочет, чтобы у барона была жена и наследники. Кто-то, кто знает этот замок как свои пять пальцев. Кто имеет доступ к кухне, к комнатам, к механизмам.

Я встала и подошла к злополучному окну. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая море в багровые тона.

— Леди Ровена… — прошептала я, скорее для себя. — Она тоже чувствовала, что сходит с ума? Что мир ополчился против нее?

— Да, — тихо ответила Лотти. — В последнюю неделю она даже еду боялась брать. Ела только сухари и воду. Думала, ее травят. Все считали, что она повредилась рассудком.

Она не повредилась. Она просто поняла слишком поздно.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Ярость, холодная и расчетливая, вытеснила страх. Я не Ровена. И не кроткая Элина. Я знаю психологию. Я знаю, как люди лгут и как они убивают.

— Спасибо, Лотти, — я повернулась к девушке. — Ты мне очень помогла. Теперь я понимаю, с чем имею дело.

— Что вы будете делать, миледи? — с ужасом спросила она. — Бежать?

— Бежать некуда, — я горько усмехнулась. — Герцог вернет меня обратно или казнит. Нет. Мы будем играть. Но теперь — по моим правилам.

Я подошла к груде бархата на полу. Взгляд зацепился за острый наконечник карниза. Если бы он попал в цель, произошел бы очередной «несчастный случай». Появилась бы новая жертва проклятия. И Ридгар снова винил бы себя, мать его.

Кстати, о матери.

— Лотти, скажи… А где живет Агнетта? В какой части замка?

— Во вдовьем крыле, миледи. Это на востоке. Там очень красиво. Оранжерея с редкими цветами. Леди Агнетта сама за ними ухаживает.

Цветы. Яды. Оранжерея. Совпадение? Не думаю.

— Завтра же, — твердо сказала я, — мы нанесем визит вежливости матушке. Я вдруг страстно полюбила ботанику.

Лотти смотрела на меня как на сумасшедшую, но в ее взгляде промелькнула искра надежды. Впервые за долгое время кто-то в этом проклятом месте не трясся от страха, а готовил план атаки.

— А сейчас, — я потянулась, чувствуя, как ноет ушибленное бедро, — помоги мне убрать этот погром. Не хочу, чтобы преступники видели, что их ловушка сработала. Пусть гадают, почему я все еще жива.

Мы принялись за работу. Я скручивала тяжелый бархат, а в голове крутилась одна мысль: три мертвые жены. Три разных способа убийства. Но почерк один — использование окружения. Враг не бьет ножом в сердце. Враг делает так, чтобы замок сам убил тебя.

Что ж, посмотрим, кто кого. Я современная женщина в теле молодой баронессы. И у меня есть преимущество, о котором они не знают: я прочла и пересмотрела массу детективов. И я чертовски хочу жить.

Мы с Лотти действовали слаженно, как сообщницы, заметающие следы преступления. Хотя преступление совершили против меня, выставлять его напоказ сейчас было смерти подобно.

Я понимала: если я подниму шум, Агнетта просто скажет, что карниз был старым, а я — истеричкой, которая дергает за шторы с силой портового грузчика. Нет, врага нужно бить его же оружием — молчанием и неожиданностью.

— Сюда, миледи, — пыхтела Лотти, помогая мне затолкать тяжеленную бархатную портьеру в дальний угол гардеробной. — Если подвернуть край, никто и не заметит, что одной шторы не хватает. Комната и так темная.