Книга Система для друзей. Том 2, страница 82 – Люцида Аквила

Иллюзорный Циян, наконец, развернулся. Но стоило ему сделать шаг и открыть дверь, как духовная сила владыки Диюя вырвалась, ломая печать. Поток духовной энергии ударил Цияну в спину и мощь эта была столь невообразимой, что пронзила каждую клетку его тела, разрывая на мелкие куски.

Настоящий Циян закричал от боли, которую испытывала его копия, а потом увидел, как огромный взрыв в один миг уничтожил половину мира и богов.

Испытание завершилось.

— Ха-а!

Циян резко распахнул глаза, тревожно и часто дыша, как человек, переживший величайший в жизни ужас. Солнце било в глаза, а мягкая трава щекотала руки.

Небесный дракон возвышался над ним и Ло Хэяном. Демон тоже пришел в себя и сейчас в изумлении смотрел на раскрытые ладони, окутанные алой дымкой.

— Владыка Диюя, как я и думал, провалил испытание, – со злобной насмешкой сказал Небесный дракон. – Его душа все еще темна, как мир, которым он правит, ну а вы… – Он перевел взгляд на Цияна, что посмотрел на него, задрав голову. – Вы можете забрать печать.

Дракон раскрыл зубастую пасть, и из его глотки появилась сияющая белая жемчужина с третьим фрагментом в центре. Состоящая из духовной энергии, она опустилась прямо в ладони шокированного Цияна, который не мог ни воспротивиться, ни выдавить из себя и слова. Оболочка растворилась в воздухе, являя фрагмент печати. Соприкоснувшись с кожей, он из серого камня сразу обратился кусочком белого нефрита с узорами.

— На этом все, – равнодушно добавил дракон, оглядев гостей. – Теперь я вас оставлю, покиньте долину поскорее, вам здесь не место. – Он легко оттолкнулся от земли, подняв ветер, ударивший им в лица, и улетел, обратившись радугой в небесной синеве.

Циян, сощурившись, смотрел ему вслед. Солнечный свет больно слепил глаза, заставляя его ронять слезы. Или, возможно, дело было не в солнце, а в убитом душевном равновесии, восстановить которое он сможет нескоро. В голове крутились мысли, которые он не мог собрать в кучу, а в душе зияла пустота. Казалось, Циян осознавал происходящее и произошедшее, но в то же время будто не осознавал вовсе.

Ло Хэян рядом с ним выглядел не лучше. Он даже не дрогнул, пока говорил дракон, не обратил никакого внимания на фрагмент печати, словно его основная жизненная цель вдруг потеряла смысл. Лишь таращился на свои ладони, на поблескивающую алую духовную силу вокруг них, похожую на мелкую пыль, и, казалось, все больше утопал в омуте собственных мыслей. Даже боги, будь они здесь, не смогли бы разгадать, что творилось в голове чудовища, только что уничтожившего мир.

Циян опустил голову и взглянул на нефритовую печать. Держать ее в руках было противно. Если бы не она, им бы не пришлось так страдать.

На зеленеющей долине вокруг них воцарилась глухая тишина, словно даже природа затаила дыхание, осознавая напряженность момента. Легкий ветерок, ранее нежный и игривый, теперь уныло шептал в листве. Лучи солнца казались слабыми, как едва теплящаяся в сердце Цияна надежда на то, что пережитое ими было лишь вымыслом, без капли правды…

— Ю Циян… – тихим хриплым голосом позвал Ло Хэян. – Я…

— Ты убил меня, – резко перебил Циян и нехотя покосился на него. В черных глазах демона он увидел беспросветные боль и сожаление, но те ни капли не тронули его. – Убил всех.