Книга Корона рогатого короля, страница 67 – Янка Лось

Эпона покосилась на сложенную одежду принца и вздохнула. Было сложно представить большее грехопадение, чем то, что происходило сейчас. Штаны уже не станут для нее чем-то из ряда вон выходящим, а сопровождать «подсадную девицу» на набережную в неброском, но все же вполне женском платье было очень дурной идеей. Разбираться с каждым пьяным моряком, который решит пообщаться, они себе позволить не могли. Да и быстрому бегу юбки не способствуют.

— Отвернись, я еще не замужем, – произнесла она как можно холоднее, но все равно запнулась где-то в середине.

— То есть помогать тебе не надо? – разочарованно протянул Эдвард.

— Еще немного, и я подумаю, что ты согласился нам помогать только затем, чтобы меня раздеть!

— Ты обидишься, если я скажу «да» или если я скажу «нет»?

— Я обижусь, если ты не закроешь глаза и не распустишь молча шнуровку!

Эпона чувствовала, как пальцы принца борются с узелками, а потом касаются ее рубашки, растягивая плотные края лифа, как раскрывают скорлупу ореха. И от каждого прикосновения перехватывает дыхание. Она вдруг попыталась представить, как это будет после свадьбы. Он так же подойдет совсем близко, распустит тугой шнур и, оставив ее в одной рубашке, будет внимательно рассматривать? Или сразу обнимет, чтобы не замерзла? Или… это же Эдвард, скажет какую-нибудь глупость, и они будут стоять в рубашках и громко смеяться.

— Я закрыл глаза, и чтоб мне провести все йольские праздники у графини Мур, если буду подглядывать!

Эпона почувствовала опасный холодок у сердца. Ей вспомнилась рыжая Алиса. Ревность? Нет, скорее тревога.

— Страшная клятва, провалиться – и то лучше, – сказала она, вылезая из корсажа и примериваясь к колету. В плечах он был ей широковат, но, к счастью, не слишком сильно. Завязки рукавов спасали дело. Грудь пришлось стянуть полотенцем, чтобы колет сошелся, так что дышать им теперь с Эдвардом было одинаково неприятно. Штаны она оставила свои, которые теперь носила под платьем на занятия постоянно, и мысленно в очередной раз поблагодарила дядюшку Тома и его внучку. Штаны Эдварда на нее не влезли бы по бедрам.

В одежде принца Эпона выглядела гораздо младше, чем на самом деле. Как мальчишке, ей можно было едва ли дать лет шестнадцать. Надвинув берет с пером по самые глаза, она выпустила из-под него прядь волос.

— Можешь смотреть.

— Ух ты! Вот так и поверишь, что в роду Баллиолей завелся неучтенный младший брат!

Он смотрел с нескрываемым восхищением, и ей казалось, что в основном на ноги. Главное, чтобы никто знакомый не узнал об этой истории. Единственное, что ее утешило, – скандала с расторжением помолвки не будет. Ведь если в ответ рассказать, в чем разгуливал по улицам принц, то претензии будут уже у Горманстонов.

Тиарнан присвистнул, увидев, как Эдвард спускается по лестнице. Рыжий Конайре стал краснолицым. Кажется, что Эпона в штанах заинтересовала его куда больше принца в юбках.

— Теперь, когда вы не сказали вслух все, что не надо говорить, за что я вас благодарю, – скороговоркой произнесла Эпона, – мы отправляемся к речной пристани. Кто-то из вас будет сопровождать… нашу даму. Мы со вторым будем пьяно шататься и свернем в ближайший к пристани проулок. Оттуда удобно наблюдать.

— Тирни, ты с таким обожанием смотришь, давай, ты и пойдешь с девушкой, а я в засаду сразу, – похлопал друга по плечу Конайре.