Книга Все чудовища Севера, страница 54 – Ана Тхия

Улла вспомнила окровавленный лёд у берегов Борре и с ужасом допустила мысль, что все эти вопросы не имеют никакого значения. Лишил ли кто-то Скалля и Торгни головы? Или они всё ещё живы после той страшной резни, чтобы продолжать свой путь и защитить людей в Рагнарёк, как того Скалль и обещал?

Но сердце подсказывало, что такие, как Скалль, не умирают. Они становятся легендами и разносятся среди народов, пока у людей есть на то языки.

Тень скользнула по земле, заставив Уллу поднять глаза. На снег перед ней опустился ворон – крупный, с перьями, отливающими синевой. В его клюве что-то было. Улла замерла, узнав переплетённый шнурок с металлическими бусинами – браслет, который Торгни подарил ей в Скогли, разграбляя сокровищницы Лейва. Видимо, обронила где-то.

Улла схватилась пальцами за своё запястье, но, конечно, браслета на нём не было.

Птица не шевелилась, чёрные, как две капли дёгтя, глаза неотрывно смотрели на неё. Улла медленно протянула руку, ожидая, что ворон взметнётся в небо, но он лишь наклонил голову, выпуская браслет в ладонь. Бусины были холодными как льдинки. Улла вздрогнула, но не отпустила браслет.

Маленькие чёрные глаза будто изучали её. Улла отвечала на пристальный взгляд ворона, боясь даже моргнуть.

И только бусины в её руке стали раскаляться, словно брошенные в огонь, как совсем рядом раздались шаги. Они спугнули птицу. Ворон каркнул и взмыл в небо.

— Знаки окружают нас, не так ли? – мягкий голос окутал Уллу, и она сразу поняла, кому он принадлежит.

Улла покрепче сжала вновь охладевший браслет. Повернув голову, она увидела Хейд.

Женщина стояла, закутанная в плащ из тёмно-синей шерсти, отороченный мехом горностая. Её лицо, бледное, как лунный свет, казалось высеченным из льда – высокие скулы, тонкий нос, губы, окрашенные в цвет спелой брусники. Но сколько бы ни хотелось её рассматривать, взгляд неизменно возвращался к глазам. А встретившись с ними, хотелось опустить голову. Будто она заглядывала в самое сердце.

Костяные амулеты, на этот раз вплетённые в длинную косу, звякнули, когда Хейд сделала ещё один шаг, нависнув над Уллой.

Улла задержала дыхание. Хоть эта странная женщина и была прекрасна, будто сама Фрейя, но вместе с тем пугала до дрожи в коленях. Рядом с ней царило странное чувство. Оно было схоже с тем, которое Улла испытала в видении, посетив Царство Хель. Такое же она ощущала, когда проводила ритуалы и заглядывала за завесу Девяти Миров, чтобы узнать их тайны.

Хейд, будто зная, о чём Улла сейчас думает, дружелюбно ей улыбнулась.

— Кто знает, – наконец выдохнула Улла. – Нынче не ясно, какими языками с нами общаются боги.

Улла быстрым движением обернула браслет вокруг запястья и как следует завязала его.

— Но не думаю, что это знак.

Кажется, Хейд была иного мнения.

— Знаешь, Улла… Тот, кто умеет верно читать знаки, может владеть судьбой.

Улла сжала браслет так, что бусины впились в ладонь и запястье.

— Это вовсе не знак, – резко бросила она. – Настоящие знаки приходят ко мне яркими видениями. Настоящие боги говорят со мной напрямую. Уже давно я не полагалась на полёты птиц и движение ветра. С тех самых пор, когда боги покинули воздух Мидгарда, – она бросила взгляд на небо, где исчез ворон.

Давящий взгляд ледяных прищуренных глаз Хейд не отрывался от Уллы. Её длинные пальцы перебирали золотое ожерелье на шее. Она о чём-то размышляла, но потом медленно и изящно согнулась пополам. С её губ сорвался пронзительный, но мягко стелющийся смех, тут же схвативший Уллу в свою цепкую хватку.