Книга Три последних слова, страница 52 – Янина Хмель

То минимальное пространство между нами так наэлектризовалось, что, казалось, до яркой вспышки недалеко. Мы стояли напротив друг друга. Моя рука застыла на уровне её талии. Её рука — в воздухе рядом с моим плечом. Мы как будто замерли в танце. Я почти почувствовал её тело под своей ладонью и её руку на своём плече.

— Помнишь? Я хочу лететь в пропасть в твоих объятиях, но не находиться от тебя на расстоянии, — охрипшим голосом прошептал я, боясь разрушить магию момента, который никогда больше не повторится.

— Мы уже давно летим… — так же тихо ответила Маргарита.

Время вокруг нас словно остановилось. Не слышно было даже больших настенных часов над кроватью, которые постоянно раздражали своим громким тиканьем. Не слышно и моего дыхания — из нас двоих только я нуждался в нём. Я даже не слышал свой внутренний голос.

Я по инерции поднял руку и поднёс ладонь к её щекам. И застыл в этом движении. Она поднесла свою руку и накрыла мою ладонь — невидимой тенью своей руки.

Эти прозрачные, но такие трепетные прикосновения взбудоражили мою душу так, как не будоражили ни одни живые. Даже не тепло, а огонь разлился внизу живота и сковал все движения и мысли. Я боялся пошевелиться, чтобы она вдруг не исчезла. Я боялся думать, чтобы не опошлить святость этой минуты.

— А что, если это единственное, что возможно нам?

Я не хотела озвучивать эти мысли, но эти слова всё равно сорвались с моих губ.

Всё рухнуло. Его руки опустились вдоль тела. А я, словно только его руки держали меня, упала на колени и спрятала лицо в ладонях.

Обычно человека меняет смерть близкого, или хорошо знакомого, или кумира, в конце концов. Меня изменила моя смерть: прежняя я умерла, а новая я перерождалась здесь и сейчас.

Я медленно убрала ладони от лица и подняла голову. Он неподвижно стоял напротив меня и смотрел перед собой.

— Если я вернусь к тебе в другом теле, ты полюбишь меня вновь?

Сон укрепит тебя, ты станешь рассуждать мудро.

А прогнать меня ты уже не сумеешь. Беречь твой сон буду я.

«Мастер и Маргарита» Булгаков

Я, чёрт подери, готов был идти за ней в самое пекло, опуститься на самое дно, пройти все круги ада! Неужели женщина устроена так, что ей постоянно нужны подтверждения любви? Я не могу любить её иначе — я люблю её так, как умею. А она либо не верит, либо просит подтверждения…

— Ты хочешь оттолкнуть меня? — неожиданно жёстко произнёс я.

— Я всего лишь спрашиваю! Вдруг то, что между нами, нереально? Я иллюзия. Ты болен. И нет ни нас, ни нашей любви… — Она стала ходить по комнате.

— Ты можешь сомневаться в своей любви ко мне! — нервно усмехнулся я. — Мою же к тебе оставь в покое. Она есть. Она будет, даже если тебя не будет рядом.

Меня затрясло от ярости.

— Если я приду к тебе через двадцать лет… Тебе уже будет за пятьдесят! О какой любви будет речь⁈

— Знаешь, что? Убирайся. Со своими лжечувствами, со своей недоверчивостью, со своими подозрениями. Мне больше нечего тебе сказать.

— Ты…

— Я… — сделал паузу для вдоха и вместе с выдохом ответил: —.. устал. Устал доказывать тебе свою любовь. Какими словами и действиями я могу её показать, если ты её не чувствуешь⁈ Я буду любить тебя, чёрт возьми, буду! В своём теле ты вернёшься или в другом.

Эмоции становятся неконтролируемыми, когда планка терпения достигнута до максимума. Они выбираются изнутри, как лава из горла вулкана. Горят, искрятся, рвутся наружу.