Книга Жар-птица, страница 16 – Арина Теплова

Отец невесты, родственники и гости уже ждали в Успенской церкви, уехав туда еще час назад. Лишь карета с невестой чуть запаздывала. Старшая Ирина и младшая Оленька задержались в особняке Трубецких из-за поздно привезенной венчальной вуали на голову, сложную вышивку которой мастерицы закончили только сегодня поутру. Чтобы не расстраивать жениха, Николай Николаевич, отец невесты, поспешил в церковь с гостями, а Оленька осталась с сестрой, чтобы помочь ей как можно быстрее собраться. Теперь же обе девушки с нетерпением ждали, когда появятся очертания приметной деревеньки и голубого храма, куда они спешили на венчание.

— Ты сегодня невероятно хороша, Ирочка, — улыбнулась Оля, с удовольствием оглядывая чудесный подвенечный наряд старшей сестры, вышитый по низу и рукавам серебряными нитями.

— Неверное. Впрочем, как и все невесты в день венчания, — пролепетала безразлично Ирина, переводя печальный взор на милое лицо младшей сестры, обрамленное тугими темными кудрями.

— Нет-нет, ты неправа, сестрица, — замотала головой Оля, проводя взором по золотистым локонам Ирины, кружевной вуали на ее голове и по чуть приоткрытым белым плечам. На тонкой шее Ирины блеснул небольшой золотой кулон, и Ольга твердо добавила, улыбнувшись: — Этот лазурный шелк тебе очень к лицу, ты самая красивая из всех невест, которых я видела.

— Оленька, голуба моя, сколько же ты видела невест за свои шестнадцать лет? — печально усмехнулась Ирина. — Немного, я думаю.

Послышался гулкий цокот копыт, мимо кареты пронесся некий всадник, и в следующий миг Трубецкие отчетливо услышали крик: «Стой!».

Карета резко остановилась. Девушки были вынуждены схватиться руками за подлокотники, чтобы не упасть с сиденья.

— Что-то случилось? — удивилась Ольга, выглядывая в окно на улицу.

Девушка не успела даже взяться за ручку дверцы, чтобы выйти и поговорить с конюхом, как вдруг створка резко распахнулась, и в дверях показалась высокая фигура гвардейца в зеленой форме.

— А вот и краса-невеста! — выдохнул заплетающимся голосом Александр Измайлов, оставшись стоять на земле и загораживая своими широкими плечами проход.

Он был без головного убора, со взлохмаченными темными волосами, блуждающим воспаленным взором, и от него невозможно разило перегаром.

— Поручик, что вам угодно? — с вызовом спросила Ирина, задрожав, всем телом.

— Что мне угодно, сударыня? — выпалил он, испепеляя ее горящим взглядом. — Вы, несносная кокетка, клялись мне в любви, а теперь едете на венчание с другим⁈ Я требую объяснений!

— Не надо этого. Мы всё выяснили с вами неделю назад, Александр Григорьевич, — дрожащим голосом ответила Ирина, пытаясь держать себя в руках и неистово сжимая пальцами венчальный букетик цветов.

— Неделю назад вы решили порвать со мной! И все из-за него⁈ — не унимался Измайлов, видимо, не собираясь отступать.

— Да, — уже нервно заявила Ирина. — И прошу вас, не надобно теперь устраивать скандал, господин Измайлов.

— Вы все это время молчали о том, что намерены выйти замуж за этого придворного фанфарона, так?

— Не надо кричать, — возмутилась Ирина. — Между нами всё кончено, я же вам всё объяснила.

— Лицемерка! Вы говорили, что любите меня! Говорили! И не смейте отпираться!

После его слов Ирина как-то испуганно поджала губы и втиснулась в глубь кареты, несчастно смотря на молодого человека.