Книга Якудза: преступный мир Японии, страница 56 – Джейк Адельштейн

Олдман купил бутылку лучшего виски в баре и попросил бармена включить классический альбом Фрэнка Синатры. Ему хотелось джаза.

Первая песня, «Летний ветер», идеально подходила для жаркого августовского вечера, но никак не для того зимнего. Но Синатра был прав. Летний ветер был переменчив, как наши работодатели, но нам оставалось еще несколько счастливых лет, а уж дальше – как повезет. Никогда не угадаешь, как долго судьба будет к тебе добра.

Публикация «Пороков Токио» в октябре 2009 года изменила мою жизнь. Я чувствовал, что подтвердил проделанную работу и закрыл главу, включившую в себя шестнадцать лет моей жизни. От всего этого я стал чересчур много о себе воображать. С победой приходит высокомерие. А высокомерие порождает ошибки.

Когда книга начала появляться в магазинах, я подумал, что тут-то Тадамаса Гото и конец. Он больше ни для кого не представлял угрозы, верно? Я все еще находился под защитой полиции, но эта защита была не слишком надежной. Несколько раз в день ко мне домой приходил полицейский, чтобы проверить, все ли со мной в порядке. Он часто оставлял записки с изображением талисмана Токийской полиции – Пипо Куна. Над ним часто смеются в полиции США, и если вы увидите этот талисман, вы поймете почему. Это желтое существо со странными ушами, без штанов, без пистолета и без члена.

Публикация «Пороков Токио» чудесным образом совпала с годовщиной изгнания Гото из «Ямагути-гуми». Счастливый день. Это должно было что-то да значить!

Но победа оказалась не за мной.

Первое предчувствие предстоящих проблем я ощутил в мае 2010 года, когда мой редактор в «Сюкан Синчо» позвонил мне по телефону.

— Джейк-кун, ты читал книгу Гото? – спросил он.

— Я не знал, что у него есть книга, – ответил я.

— Она скоро выйдет. Я думал, ты в курсе, ну а если не в курсе, то должен это знать.

То же самое издательство «Такарадзима», опубликовавшее мою работу о тайной сделке Гото с ФБР, так же спокойно опубликовало и биографию Гото, не удосужившись меня предупредить.

Мемуары отличались изяществом языка – наверное, так и должна была выглядеть фетва^[13] о моей жизни. Еще до того, как они были опубликованы, я получил новое предупреждение от полицейского.

— Джейк, Гото написал свою книгу. Она может стать для вас заряженным ружьем. Берегите спину.

Я не вполне понял, что он имел в виду, но прозвучало это не особенно обнадеживающе.

Когда книга наконец была опубликована, мне позвонил силовик среднего звена из «Ямагути-гуми», которого я считал своего рода другом. Про себя я называл его Человек Точности, потому что он все делал просто безупречно. Он хотел обсудить со мной книгу. Спустя месяц после того, как она была опубликована, мы отправились на ужин в тайский ресторан на окраине престижного района Ниси-Азабу – выбор сделал он, а не я.

Он оделся как герой фильма Майкла Манна: темно-серый костюм, белая классическая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, никакого галстука, щетина, судя по всему, тщательно подстриженная, чтобы выглядеть естественно, как дерево бонсай. Оттенок седых волос у его висков в точности совпадал с цветом костюма. Все в нем было безупречно.

Человек Точности когда-то работал на Тадамаса Гото, прежде чем после роспуска «Гото-гуми» перейти в другую фракцию «Ямагути-гуми». У него с собой был экземпляр книги в твердом переплете, в простой синей обложке, и он спросил меня в упор: