Книга Последний якудза. Закулисье японской мафии, страница 186 – Джейк Адельштейн

— Значит, по городу будет разгуливать куча татуированных стариков в дорогих костюмах, а те, кто помоложе, будут угрожать местным?

— У меня нет татуировок. Я всегда был бизнесменом, а не «человеком в картинках».

Он был чертовски умен. Я должен был отдать ему должное. Я думал, что знал его достаточно хорошо, а потом он обескураживает меня, цитируя Рэя Брэдбери. Я знал, что он много читает, но думал, что он предпочитает историческую беллетристику. Или мне так казалось.

— По крайней мере, ты всегда можешь сказать, что это было веселой историей.

— Поначалу это было весело, но мы забыли правила. Долгое время деньги были единственным, что нас интересовало, но в моем возрасте уже мало что можно купить за деньги. Они могут лишь выиграть немного времени. Может быть, новую печень, если ты трус. Возможно, новое сердце, возможно, новые легкие. Может быть, на эти деньги ты сможешь купить красивую женщину, которая будет притворяться, что любит тебя, и надеяться, что ты вскоре умрешь. Нельзя купить душевный покой или спокойный сон.

— Джей Пи Морган однажды сказал: «Нирвана приходит от осознания того, что на счету есть деньги».

— Мудрый человек.

— Когда ты собираешься на пенсию?

— Они хотят, чтобы я принял управление через несколько лет. Я не хочу.

— Но разве это не было твоей целью? Ты станешь одним из самых влиятельных людей в Японии, по крайней мере в преступном мире.

— Реальная сила – это всегда быть третьим. Первый всегда подставной. Третий всегда управляет деньгами. Номер четыре разбирается со всем остальным дерьмом, пока не станет третьим. Быть пятым – тоже неплохая должность. Ты собираешь деньги с самых низов, платишь часть денег верхам и находишься в стороне от борьбы за власть.

— Я слышал, нелегко быть на вершине. Тебе нельзя курить и пить. Ты должен быть образцом для подражания.

Я постучал по своей груди, и он жестом приказал телохранителю выйти. Я встал, открыл окно и достал из кармана пачку «Данхилла». У меня были гвоздичные сигареты. Мне не хотелось курить, но нужно было перебить запах его сигарет.

Мы прошли через балкон и вышли во внутренний дворик. Я открыл пачку сигарет и дал ему одну, затем протянул ему пачку, но он жестом попросил меня подержать ее. Я хотел прикурить ему, как подобает доброму хозяину, но он взял зажигалку из моих рук и прикурил свою, а потом и мою сигарету. Я не собирался настаивать на соблюдении церемонии.

Мы оба одновременно посмотрели на море, глубоко вдохнули и выдохнули. Мы рассмеялись. В этом было что-то ребяческое и личное.

— Черт, как же я скучаю по курению.

— Все приятное теперь тебе вредно.

Он кивнул.

— Возможно, – добавил я.

— Ты когда-нибудь смотрел фильм «Итигоичи»?

— Ты имеешь в виду «Фореста Гампа»?

— Это англоязычное название?

— Да, «Форест Гамп». Если перевести японское название на английский язык, то получилось бы что-то вроде: «Одна встреча в одной жизни: Форест Гамп».

— Интересный фильм. Я смотрел его в самолете и подумал, что жизнь якудза – не коробка шоколадных конфет.

— Тогда на что это похоже? На шесть банок пива?

— Жизнь похожа на пачку сигарет. На пачку ментоловых сигарет, которые выкуриваешь японским летом. Кто-то говорил мне, что в США их курят только педики.

— Некоторые так и считают.

— Пошли они на хер. В Японии ментоловые сигареты курят настоящие мужчины.