Книга Башня Авалона, страница 77 – Майк Омер, К. Н. Кроуфорд

Ужас почти парализует меня, но я использую его, чтобы заглушить другие мысли. И, не целясь, швыряю свой страх в Завесу.

Она мигает, жужжание стихает. Рафаэль хватает меня за руку и тянет за собой.

Я спотыкаюсь и делаю несколько шагов через узкий проход в каменных стенах. Вокруг раскинулась дубрава, медно-красный свет ласкает листву.

Тело словно заледенело, я вся дрожу. Ледяной воздух обжигает кожу, зубы стучат. Сейчас весна, но по ощущениям – самый разгар января.

Топот нарастает, сквозь пелену Завесы я вижу всадников. Они останавливаются на той стороне, один поднимает лук.

Твою мать… Хотя мы и преодолели магический барьер, стрелы он не остановит.

Что-то свистит рядом, но вылетает из-за спины: это стрела Фрейи. Она попадает в горло солдата на той стороне.

— Идем! – зовет Рафаэль.

Они с Фрейей снова трогаются с места. Я плетусь следом, мышцы словно окоченели. Меня колотит, знобит. Ледяной воздух пробирает до мозга костей.

— Ния, идем же! – кричит Рафаэль.

Мышцы заледенели. Стрела из-за Завесы пролетает в нескольких дюймах от моего лица.

— Уходите, – отвечаю я, клацая зубами.

Рафаэль бросается назад, подхватывает меня на руки и прижимает к своей твердой груди. Держа меня в объятиях, он бросается бежать. Фрейя прикрывает его, пуская в Завесу стрелу за стрелой.

Мы скрываемся в лесу. Я дрожу, прижавшись к груди Рафаэля.

Как только мы оказываемся вне досягаемости стрел, Рафаэль останавливается.

— Ты холодная как лед, – бормочет он.

— Я использовала слишком много магии… – Теперь мое тело словно обдали кипятком, оно покраснело. – Но мне уже не холодно. – Я хочу снять платье. – Мне слишком жарко.

— У тебя будет переохлаждение. – Он поднимает глаза, и в лучах восходящего солнца в них вспыхивают золотистые искорки. – Фрейя, постой… Она потеряла слишком много тепла. Нужна помощь. Прямо сейчас.

На секунду мир мерцает и меркнет. Когда я снова открываю глаза, надо мной лицо Рафаэля, на его высоких скулах золотятся световые пятна. Он стоит, прислонившись к дереву, и крепко прижимает меня к себе.

Глаза снова закрываются, я не знаю, смогу ли опять проснуться. Но мне все равно. Рафаэль со мной на руках теперь бежит так быстро, словно я невесома.

Как странно чувствовать себя рядом с ним в безопасности…

Это пробуждает давние воспоминания о том, что я пыталась забыть.

Мир раскачивается вверх-вниз, словно корабль. Яростно раскачивается.

Я пытаюсь открыть глаза, но это требует слишком больших усилий. Лед пробирает до костей, до крови. Как холодно… Тело содрогается, словно умирающий на ветру лист.

В голове звучит голос. Время от времени в нем слышится агрессивное сладострастие. Я попробую тебя на вкус. Обхвати меня бедрами. Мы сгорим в темном всепожирающем пламени, как комета в небе.

Значит, сегодня ночью не будет никакого насилия… Я погружаюсь в забытье.

* * *

Я в Лос-Анджелесе, в своей детской кроватке среди мягких игрушек. В голове пылает, в горле першит. Я только что проснулась от ужасного ночного кошмара: передо мной стоял черноволосый человек в короне с шипами и с мечом в руке.

Комната выглядит зловещей, не как обычно, по стенам ползут тени. Может, одна из них – тот человек из ночного кошмара… Кашель раздирает грудь.

— Мама! – в панике кричу я.

Она не всегда приходит на зов. Иногда ее нет дома, особенно когда папа в командировке.