Онлайн книга «Башня Авалона»
|
Я прячусь в темноте, пока всадник поднимается по холму. Бегу обратно к Дикинсону, карабкаюсь в седло, но тут раздается бас сержанта: — А вот и ты! Ты ведь ждала меня, маленькая шалунья? Я цепенею и медленно поворачиваюсь. Его медные глаза ярко, как у волка, сверкают в темноте. Он улыбается, поблескивая клыками. — Теперь ты совсем одна? Я почуял запах женщины, когда снова патрулировал этот лесок… Я застенчиво хлопаю глазками: — Мой брат и остальные гонятся за большим красным оленем. Я их тормозила. Они должны вот-вот вернуться. Хищный оскал сержанта леденит душу. — Надеюсь, не слишком скоро… – Он спешивается и подходит ближе, ветер ерошит его темные волосы. – Ты, разумеется, знакома с правами рыцаря-фейри. У меня пересыхает в горле. Нет, я не знакома с правами рыцаря-фейри, но догадываюсь, что это означает брать любую женщину, какую захочется. Из глубины мозга доносится вопль: «Беги или сражайся!» Я вспоминаю о ножах: один спрятан в ботинке, другой висит на поясе. И еще заколка с острыми краями в волосах. Сержант не ожидает нападения. Я быстрая и… И я почти слышу голос Вивиан. «Ты никогда не будешь настолько сильной или быстрой, чтобы одолеть с помощью ножа большого тренированного мужчину. Никогда». Так что же делать? «Сражайся тем, что у тебя есть!» – кричит воображаемая Вивиан. А что у меня есть? Понимание, чего хотят другие. Того, что им нужно. Рафаэль подметил это. Я показываю людей такими, какими они хотят себя видеть. Но мне нужно поработать над тем, чтобы это выглядело убедительно. Я уже интуитивно догадалась, что сержанту нравится невинность. Рафаэль сказал ему, что мой отец хочет обезопасить меня, и глаза сержанта загорелись. Он хочет чистую нетронутую девушку. Недотрогу. Что ж, он получит прямо противоположное… — Конечно, я знаю права рыцаря-фейри, – улыбаюсь я ему. – Я была со многими. И с некоторыми оруженосцами. Сержант хмурится: — Что? — Ну, я думаю, что это были рыцари и оруженосцы. Я же не спрашивала у них документы… – Пожимаю плечами. – Мужчина есть мужчина. – Придвигаюсь ближе и показываю на свои губы. – Но нужно быть осторожнее. У одного из них было что-то… Кажется, это называется «траншейный рот»[26]. Сержант морщится: — Ясно. — Я научилась разным штучкам в борделе в Юсе… Я с маниакальной улыбкой касаюсь его щеки – и слышу в голове голос, вызванный моей тревогой. Он начинает кричать: Ты грязь и позор. Ты больная. Отойди. Отойди! Я стою с застывшим лицом и улыбкой на губах и стараюсь не обращать внимания на галлюцинации. Сержант кривится от отвращения, когда я нежно провожу кончиками пальцев по его щеке. Голос в голове продолжает визжать. Ты отвратительна. Совсем как та шлюха в Аллевуре. Я перерезал ей горло. Я моргаю. Голос сбивает с толку, он никак не унимается. Сегодня ночью в Аллевуре попадут в засаду, и снова будет резня. Если верить этому предателю Варрису. Сержант кривит губы: — Ты отвратительна. Совсем как та шлюха в Аллевуре. Я испуганно отдергиваю руку. Он только что произнес вслух те самые слова, которые звучали в моей голове. На лице сержанта выражение холодной ярости. Он выглядит взбешенным. Агрессивным. Чутье подсказывает мне уносить отсюда ноги к чертовой матери, и как можно быстрее. Особенно если сержант перерезал горло последней «шлюхе». |