Книга В объятиях вендиго, страница 98 – Эдди Паттон

Ответ всплыл сам собой, пусть мне и было неприятно о нем думать. Каждая новая мысль подводила меня все ближе к бездонной яме. Сплошной черной полосе, которую я никак не могла пересечь – ни пройти, ни пробежать.

— Не она. Ее голос. Или любой другой из тех, кому он поверит.

song: puscifer – apocalyptical

— Прости, что я так редко бываю с вами…

Любой звук, вырывающийся из моего рта, казался таким громким, что я невольно вздрагивала, когда начинала говорить.

Комната пустая – в ней лишь я и мама. Сидя в компьютерном кресле, я смотрела на себя в зеркало и замечала, как бледнею от страха. Или от того, что в желудке от завтрака не было ни крошки.

Мама заплетала мне косу, печально улыбаясь и методично перекидывая одни пряди поверх других. За окном было спокойно: ни дождя, ни ветра. Одни только голые деревья и зеленеющая вдали полоса хвойного леса – там, где ни одна душа не смогла бы остаться равнодушной.

Именно сейчас мне захотелось очнуться посреди леса, подобно героине Лин. Забыть о реальной жизни, вернуться в мир снов, пусть они и чудовищны порой, и утонуть в них.

— Все в порядке, Кэра, – мама произнесла мое имя с таким теплом, что было невозможно не заплакать, но я держалась, – ты учишься, гуляешь с друзьями… Не переживай.

Мне было спокойно оттого, что она и не подозревает, что происходит вокруг. Что мальчикам так повезло в ту ночь, когда они видели ветви за окном. Что все, что происходит со мной, не касается их.

Закончив с косой, мама приобняла меня.

— Мне жаль, что так случилось с мистером Бруком. Как же так, проводка в спортзале?

— Мгм.

— Жуть… Не вздумай туда ходить, пока не починят! Кстати, тебя уже ждут внизу.

— Хорошо! Спасибо, мам.

Лин пришла.

Я не видела ее уже пару дней, но мне все казалось, будто с ней могло произойти что-то немыслимое: писать она не могла, потому что родители занимали все ее внимание. Когда дочь живет большую часть времени в общежитии, то даже месяц ее отсутствия воспринимается как многолетняя разлука – их можно понять. Обижаться на молчание Лин я не могла – понимала, что все мы теперь хотим поменьше думать о жутком. О том, чего не знаем.

Тысячу лет я не носила брючных костюмов, но сейчас надела зауженные брюки и черную рубашку – все, что нашлось в гардеробе, еще с первого курса.

Не думала я, что придется снова надеть эту форму и встретиться в ней с мистером Бруком в последний раз. Мурашки пробежали по спине, и я несколько раз моргнула – тушь склеила ресницы, заставляя с трудом их разлепить. Глаза были влажными, но сейчас плакать нельзя. Позволю этому произойти уже… там.

Проходя по коридору, я услышала, как мама разговаривает с кем-то по телефону в спальне, поэтому спустилась вниз, чтобы поскорее увидеть Лин. Пройдя туда и обратно по холлу и не увидев подругу в гостиной, я ошарашенно остановилась в проходе между кухней и залом.

— Привет.

— Привет.

Мы с Лестером смотрели друг на друга каких-то пару жалких секунд, но этого хватило, чтобы понять: он выглядит совсем по-другому. Белая рубашка под черной джинсовой курткой и такие же по оттенку джинсы. Волосы зачесаны назад. Но лицо такое же бледное, подернутое двухдневной щетиной.

— Ты в порядке? – спросил он. – Я решил, что лучше доехать.

— Я взяла бы мамину машину…