Книга Свадьба. В плену любви, страница 22 – Любовь Попова

— Неужели ни разу?

— А ты ей не расскажешь?

— Да ладно? Было?

— Мужчины изменяют, если не дорожат отношениями. Если идешь на сторону, значит, уже мысленно расстался, каких бы при этом оправданий ни производил твой мозг. Я бы сдох без твоей мамы, секс этого не стоит.

— Наверное, ты себе это повторял как мантру, когда она ходила после выкидыша в депрессии.

— Депрессия у твоей мамы – нормальное состояние, порой накатывает. Но грош мне цена как мужику, если в тяжелые периоды я не с ней буду, а пойду искать утешение на стороне.

— Это сейчас камень в мой огород?

— Ты про Асю и всю ситуацию? Нет. У вас уникальный случай, да и ты, вроде как, хотел забрать ее с собой?

— Может, надо было настоять?

— Может, и надо было, но теперь мы этого не узнаем. Вы развелись?

— Нет.

— А что случилось?

— Месяц после подачи заявления.

— Я могу, в принципе, ускорить, есть подвязки. Можно в Московский ЗАГС съездить.

Минута на размышления. Да, отец многое может, а вот найти своего сына в подвале не смог.

— Не надо. Пусть все идет своим чередом.

— Оу…

— И что это за: «Оу»? Я написал заявление.

— Я понял, понял, не ори.

— Папа! Дем! – из двери дома выглядывает сестра. – Вы долго там куковать будете?

Ужин проходит относительно мирно. Сестра болтает с мамой. Рассказывает, как прошли роды, мы с отцом обсуждаем последние его дела. Он, оказывается, тоже вложился в городское преображение. Но с подачи Чебреца.

— А как его вообще сделали мэром? Это просто в голове не укладывается.

— Сначала история с Асей. Его жалели, хотя и делали это максимально деликатно. История с побоями так и не вышла наружу, а вскоре он открыл форум для помощи женам и детям садистов. Собирал для них деньги, помогал найти жилье. Много кто у них жил некоторое время.

— Серьезно? – откидываюсь с полным животом на стул. Племянник подхватывает мой смех, а девочка Олеся хлопает в ладоши.

— Посмейся еще.

— Я тебе клоун, что ли?

— Демьян. Ей пять. Будь нежнее.

Я мельком смотрю на малыша и девочку. Наверное, их можно даже назвать симпатичными. Наверное, примерно такого возраста был бы наш ребенок, забеременей тогда Ася. Даже странно, как ей удалось не залететь, учитывая, сколько спермы я в нее вкачал за ту неделю.

— Лицемерие в чистом виде.

— Оно, но люди полюбили его. Он помог посадить подонков. Потом починил старое здание церкви. И все, считай, удостоился лика святых. Так что выборы прошли довольно быстро.

— А отец Ремезова? У них есть дела?

— Думаешь, Андрей на Асе женился из-за денег или договоренностей?

— Да нет, просто интересуюсь. Там могло сработать много чего.

— Там больше дружба, Дем, – вмешивается мама. – Они часто проводили время вместе. Мне кажется, он был искренен в своих чувствах.

— А она?

— Кстати, а что произошло на свадьбе? – влезает сестра, а я на маму смотрю.

— А она?

— Не знаю. Она эти года казалась мне привидением, не ходит по земле, а парит. Особенно глаза. В них словно не было жизни. Но это я так думаю, мы ж не знаем, что там было наедине.

Наедине. Сегодня в глазах Аси было столько эмоций, что я упивался ими. Мне всегда нравилось, что рядом со мной она не может их сдерживать. И каждая только для меня…

— Дем, – наседает сестра, а я встаю. Карман жгут паспорта.

Я поднимаюсь в свою комнату, снимаю шмотки и иду в душ.