Книга Свадьба. В плену любви, страница 11 – Любовь Попова

— Такого в учебниках еще не написали.

— Я напишу… Когда найду его. И его жертв.

— Ты думаешь, вы были не одни? Серьезно? Почему ты так решила? Да его бы давно нашли! Как можно снова и снова похищать подростков и …

Задираю платье, показываю шрам. Я не сводила. Не смогла. Две ровно вырезанные двойки на бедре.

— Мы были двадцать вторые… И я почему-то не уверена, что последние.

— Андрей в курсе? – подозрительно щурится Люба. Ей все равно, вместе ли мы с ним, ей важно, чтобы она была той, кому я доверилась впервые. А так оно и есть.

— Нет. Никто не знает.

— И что? Тебя переклинило на свадьбе, что ты решила за Демьяна этого выйти?

— Меня переклинило, когда его увидела. Мы там… – отвожу взгляд. Оказывается, заниматься сексом проще, чем о нем говорить. – Ну, это…

— Да ладно? Переспали? Так вот что там был за шум! И Андрей вышел с синяками. Охренеть. Не так… ОХРЕНЕТЬ! Да кто бы рассказал, я бы не поверила!

— Я бы тоже хотела, чтобы мне кто-то это рассказал.

Мы смеемся, пьянеем. Снимаем узкие платья и ложимся спать. На свои кровати, к которым так привыкли.

— Спасибо, ты меня хоть отвлекла от Данте…

— А что с ним?

— Да ничего. Уезжает в свой Новосибирск. Учеба же закончилась… – сажусь на кровати, ловлю ее взгляд в полутьме, иду к ней на кровать. Она тоже садится. Еще себе наливает.

— У вас же все хорошо было!

— А все… Он сказал, что знакомить такую, как я, с семьей он не будет. Жениться, тем более. Учитывая, как начались наши отношения, наверное, он прав. Я грязная.

— Перестань! Уж грязнее того, что я творила в том подвале точно не придумаешь. Твоя история с ним легкая эротика, а моя – жесткое порно.

Мы пьяно смеемся. Вздыхаем тяжело. У каждой своя боль. И я рада, что мы можем ею поделиться друг с другом.

— Да и пошел он. Лучше будем твоего маньяка искать. Лучше уж приключенческий роман, чем долбанная драма.

— Главное, чтобы она в трагедию не превратилась.

— Это уж точно. Давай спать, – наливает она еще по стакану, и мы чокаемся.

— За нас. За самых лучших!

— За нас. За достойных нормальных отношений! Уважения. Любви!

— Поддерживаю!

— Точно. Мы найдем нормальных парней, которые не будут знать нашего прошлого, и будем счастливы.

Пью последние глотки шампанского, обдумывая ее слова. Я попыталась, да. Попыталась. Вопрос, получится ли у Любы? После Распутина.

— А знаешь, давай, может, квартиру снимем? Ну, поближе к отделению, где работать теперь будем. А то чего мотаться на метро по два часа?

— Согласна. Только небольшую.

— Ну, ты можешь своего мужа попросить, конечно.

— Он уже завтра перестанет им быть, так что губу не раскатывай.

Утром я сама звоню Демьяну, чтобы вернуть машину. А то как-то действительно некрасиво получается с машиной. Забрала. Уехала. Бросила его там. Теперь он не берет трубку. По коже тянется липким слоем страх, что его действительно могли посадить. Так что я позвонила в дом Одинцовых, чтобы узнать, дома ли он, и как вернуть машину. Ответила мне их неизменная экономка. Мы с ней частенько здороваемся на рынке, или если она приходит к нам за яйцами.

— Ася, вот так сюрприз.

— Да…

Дико неудобно. За эти пять лет я ей и двух слов не сказала. Как, собственно, и матери Демьяна. Отца видела реже всех. Здоровалась, да, но, прям, вот смотреть в глаза и разговаривать не могла. – Да. Как это вы меня узнали?