Книга Рыжий демон осенних потерь, страница 86 – Евгения Райнеш

И сейчас – десять лет спустя и в темноте, – я узнала этот профиль.

— Мартын, – тут же выдохнула растерянно. – Мартын Лисогон?

Его камуфляжный бушлат был заляпан земляными разводами, а в светлых кудрях застыли клочья листьев и какой-то мелкий мусор. А еще он, кажется, за эти десять лет совершенно не изменился.

— Что ты тут делаешь? – со злостью выдохнула я, так как этот молодец меня напугал.

— Ты узнала? – он усмехнулся. – А значит, знаешь – что.

Мартын говорил в нос, в его низком голосе появилась противная гнусавость. Он вытащил из кармана пачку сигарет, щелкнул зажигалкой и с наслаждением затянулся. Красный огонек задрожал в темноте.

Я скорчила недовольную физиономию, когда вонючий дым достиг лица.

— Самое тяжелое в засаде, долго не курить, – пояснил он, не собираясь извиняться.

— Ненавижу этот запах, – слегка расслабилась и прищурила глаза. – Так какого черта ты шаришься во дворе моего дома?

— Разве он теперь твой?

— Вообще-то юридически дом мой. Если ты не объяснишься, я вызову полицию. В СВОЙ дом.

— Скажу, что заблудился, – Мартын выпустил изо рта тонкую струйку дыма.

Только сейчас я заметила, припухшие глаза и нездоровый румянец на его щеках.

— Ты болен?

— Ерунда, – Мартын небрежно махнул рукой. – Простыл. Охота, знаешь ли, дело такое…

— Охотишься?

— Почти поймал лису.

Он хмыкнул, увидев, как мои брови удивленно поползли вверх.

— Я же охотник, это вполне естественно – сторожить лису.

— С чего бы именно здесь? На моей даче?

— Прекрасное заброшенное место для того, что бы залечь и зализать раны. Кстати, ты ее спугнула.

— Слушай, – невпопад спросила я. – А тебя и в самом деле зовут Мартыном?

Он вдруг рассмеялся, а потом резко задохнулся и закашлялся. В груди у него что-то клокотало. Кашель бурлил, а на глазах показались слезы.

— Эй, – я покачала головой. – Ты совсем болен. Какая тебе лисица? Какая охота? Давай-ка, иди в дом. Там, по крайней мере, должен быть горячий чай. А вообще – много чего должно быть.

— А ты не боишься? – Мартын ехидно прищурился.

Я пожала плечами:

— Если ты серийный маньяк, никто не помешает сейчас сделать черное дело и без моего приглашения. Мы оба прекрасно знаем, что вокруг – ни души, а я пусть и лейтенант, но всего лишь женщина. В доме хотя бы тепло. На случай, если ты маньяк сексуальный. Впрочем, ты и на ногах-то еле стоишь…

Он рассмеялся. И напряжение вдруг куда-то исчезло. Грядущая ночь уже не казалась такой долгой и беспросветной.

В этом доме и в самом деле можно было прожить несколько месяцев, никуда не выезжая. Через полчаса в камине потрескивали дрова, Мартын, вытянув длинные крепкие ноги, развалился в кресле, не отрывая взгляда от огня, лижущего поленья. С ним почему-то и в самом деле стало уютно и безопасно.

Он оглядывался, и я словно впервые его глазами видела окружающую обстановку: широкая лестница на второй этаж, высокий потолок, пересеченный арками. Деревянные панели на стенах большой гостиной, справа от нее находилась кухня. Коридорчик слева вел в гостевую комнату, в которой на моей памяти никто никогда не гостил.

Я достала из сумки печенье, которое захватила с собой, но забыла оставить Саньке Ринтаро, нашла в шкафчике загустевший мед и банку клубничного джема. Можно было вернуться в сарай, где с незапамятных времен хранились припасы на все случаи жизни, но я решила, что попить чаю этого хватить. Вообще не хотелось выходить из дома, разгулявшийся ветер тоскливо перекатывался по крыше.