Книга Последняя сказка Лизы, страница 34 – Евгения Райнеш

— Это ещё не доказано… Но так считает и сотрудница музея, с которой я работаю по своей теме. Хотя мы не нашли ничего подобного в исторических документах. Всё на уровне устных сказаний, практически сплетен. То есть всё, как ты любишь.

Тея посмотрела на меня с таким выражением, словно пристрастие к сплетням должно было меня оскорбить.

— Речь идёт о неизвестной широкой общественности богине Асие. Огненной деве Гнева. Вроде, как несколько семей, скрывающиеся тут в горах, были адептами древнего культа напрочь забытой сейчас богини. Культ был уничтожен, а его последователи устранены. Причём, физически. Но, очевидно, кто-то успел скрыться. И Дева Гнева эта прямо уж очень напоминает мне одного персонажа из древнеегипетской истории. Вернее, мифологии.

При словах Дева Гнева у меня что-то щёлкнуло в глубине подсознания. Словно я уже где-то уже об этом слышала. И при довольно запоминающихся обстоятельствах.

— Она, то есть научный сотрудник, откуда об этом знает?

— А были документы, — глянула на меня загадочно Тея. — Только они сгорели. Все упоминания об этих древнегреческих мистериях во всех уголках планеты воспламенились и превратились в пепел. Воспоминания, зафиксированные на листочке, хранящемся в музее, тоже вот так просто скукожились, затлели и обуглились. Так сказала музейщица.

Тея помолчала секунду и добавила:

— Шёпотом и оглядываясь.

— Когда сгорели? — не поняла я.

— А давно уже. Но все разом.

У меня перехватило дыхание.

— Ти, это же вообще полное безумие.

— И я о том же, — торжествующе закричала Тея, сорвалась с места, роняя на пол плед, подбежала к окну и распахнула его. Промозглая комната вдруг наполнилась светом и теплом.

— Лизка, смотри, солнце! Прекрати сходить с ума и начинай уже нормально жить! Завтра мы точно едем в город. Кутить и радоваться!

— И зайти к странной сотруднице музея, — сказала я сама себе под нос, так, чтобы Тея не услышала.

Вообще-то по законам жанра триллера смотрительница должна была к нашему приходу умереть странной и внезапной смертью. Хотя, возможно, я просто в своё время пересмотрела мистических ужастиков.

— Что-то душно, тебе не кажется? — спросила я Тею.

А когда она пожала плечами, добавила:

— Словно летом перед дождём…

Я вышла уже в темноте в туалет и замерла, не дойдя до заветной будочки. В небе блестели звезды, а под ними, среди кустов и над садовой тропинкой мерцали, постоянно перемещаясь, крошечные огоньки. Сначала я хотела испугаться, но потом вспомнила, как Тея хвасталась, что у них в саду чудесно светятся маленькие светлячки. И это зрелище — росчерк блистательных точек и линий в темноте, право слово, было наградой за очередной тревожно прожитый день.

— Дева Гнева… — вдруг вспомнила я. — Точно!

Я слышала это имя два года назад. Как раз тогда, когда появилась Берта.

Тогда мне казалось не такой уж большой жертвой переехать «замуж» в другой город. Хотя я оставила всё, что было в моей жизни до встречи с Владом. Работу в небольшом местном издательстве, друзей и знакомых. Деньги от продажи старой квартиры приятно расположились на банковском счёте, изредка подвергаясь моим незначительным набегам. Работу я найти сначала не смогла, а потом уже и не захотела.

Влад заменял весь мир, нам было хорошо вдвоём. Одна моя мудрая подруга говорила: «В счастливых семьях друзей не бывает», и я в первые месяцы замужества сразу прочувствовала всю глубину этого высказывания, когда-то казавшегося мне несколько вымученным. К нам почти никто и никогда не приходил. У меня знакомых в столице не было, а Влад, очевидно, до моего появления предпочитал полное одиночество.