Онлайн книга «Прах херувимов»
|
Взгляд. Явный живой взгляд оставшегося на поверхности глаза. Она видела очень издалека и в тусклом пятне маломощного фонарика, и знала, что таких огромных волков на свете не бывает, а привиделась ей эта жутковатая картина лишь из-за игры тусклых теней, что создал её дохленький фонарь. Но взгляд… Пронзительный, мудрый, безжалостный и… Неизмеримо печальный. Так могли бы смотреть низвержённые боги, если бы Аида в них верила. — Ты меня хочеш-ш-шь? В ушах то ли просвистел мокрой листвой неожиданный порыв ветра, то ли голос, такой же безмерно уставший, как и взгляд, Она попятилась, уронив фонарик в грязь, и даже не стала его искать. Спиной почувствовала кол палатки, опустилась на четвереньки и быстро-быстро заползла внутрь. — Жен-щ-щ-щина… Казалось, ветер нёс вслед за Аидой эти слова. С интонацией тётки из магазинной очереди «Жен-щ-щ-щина, вас тут не стояло», словно издевался. — Ты чего? — удивился Олег. Он нашёл налобный большой фонарь и теперь чистил стекло одним из мягких кухонных полотенец. Тимошка всё так же уютно сопел. Аида и вышла-то минуты три назад. — Показалось, — кивнула она. — Что? — Ерунда какая-то, — Аида уже готова была смеяться над собой. — Будто там, в темноте, огромная волчья голова… Олег насторожился: — Волки? — Да нет, говорю же, показалось. Не бывает волков, с головами величиной с двухэтажный дом… — Точно, не бывает, — успокоился Олег. — Но ты бы одна не шастала, всё-таки… И не смог удержаться, добавил: — По чужим палаткам. — Ну так пойдём все вместе… Вся недавняя обида казалась сейчас совершенно глупой. Будто рассосалась в шипящем: «хочеш-ш-шь…». — Вот ещё! — фыркнул Олег. — Что я там забыл, у этого… сказочника. Глава двадцать шестая Ида становится Адой Хотя Олег идти не хотел, но и одну её в палатку к Стасу не отпустил. Вернее, сначала сказал, что пусть идёт одна, а потом всё-таки отправился следом. Вломился с сонно посапывающим Тимошкой в тесное пространство. Поворочался, расталкивая присутствующих, втиснулся между Аидой и Стасом, которые совершенно случайно оказались рядом. Вечер сказок был в самом разгаре. Несколько свечей, мерцавших тихим светом, придавали таинственную атмосферу небольшому острову волшебства, затерянному в дождливом мире. Кто-то принёс бутылку лёгкого красного вина, и они передавали её по кругу, делали по глотку, грелись, чувствуя, как разливается тепло по продрогшим организмам. Дети спали. Дыхание людей согревало маленькое помещение, и в нём клубилось ощущение тайны и нетерпения. Все ждали историю, которую приготовил Стас. Он торжественно откашлялся, явно дурачась, и прищурил хитро глаза. — В некотором царстве, в некотором государстве, жил-был… Рассказчик многозначительно замолчал. Покачивал Риту, свернувшуюся комочком у него на руках, словно специально испытывал терпение слушателей. — Страх… Это было неожиданно. — Так вот. Этот страх жил-был, жил-был, — продолжил Стас, — а потом захотел жениться. — Это как? — рассмеялся Олег, но на него шикнули, и он обиженно замолк. — Это так, что стало ему неуютно одному, — объяснил Стас. — Решил искать себе спутницу жизни. — У него — что? Руки, ноги, голова были, у страха? — влез Алексей. — Или это человек с такой фамилией? На него тоже шикнули, но Лёшу не так-то просто было смутить. |