Книга [де:КОНСТРУКТОР] Восток-5, страница 29 – Александр Лиманский, Виктор Молотов

Указал кивком на тело особиста и продолжил:

— Но что-то пошло не так. Может, не сошлись в цене. Может, он слишком много знал, и его решили списать вместе с остальными. Они сломали ему шею. Я услышал стрельбу. Зашёл со спины. Использовал пыль, положил их из ШАКа.

Гриша слушал. Медленно подошёл к старшему серых, пнул разбитый шлем носком ботинка. Нагнулся, посмотрел на тело. Выпрямился. Повернулся к колонне, посмотрел на пробоины от 12,7-миллиметровых пуль, на развороченный бетон, на арматуру.

Потом посмотрел на меня. Тем долгим тяжёлым взглядом, которым опытные вояки смотрят на других опытных вояк, когда знают, что история красивая, логичная и на девяносто процентов враньё.

— А зэки где? Васька Кот и остальные? — сразу спросил он.

Я пожал плечами. Стряхнул бетонную пыль с наплечника и ответил:

— Воспользовались моментом. Пока я отвлёк наёмников, двери были сорваны, периметр прорван. Сбежали в джунгли. Ищи их теперь.

Гриша обвёл холл взглядом. Пять элитных экзоскелетов, каждый из которых стоил больше, чем вся гауптвахта. Мундир особиста СБ со свёрнутой шеей.

Я видел, как в его голове сталкиваются две системы. Вояка замечал несостыковки: сломанная шея капитана при условии, что серые якобы стреляли, а не работали руками. Характер пробоин в колонне, слишком точных для хаотичной перестрелки. Отсутствие гильз от оружия серых в тех местах, где они должны были стоять по моей версии.

Но бюрократ видел другое. Пять мёртвых наёмников «Семьи». Мёртвый капитан-коррупционер, от которого Гриша, возможно, давно хотел избавиться. Готовый рапорт для Корпорации, в котором всё сходилось: внешняя угроза, внутренний предатель, оперативное реагирование, устранение. Звезда на погон, а не пятно в личном деле.

А три беглых транзитника в джунглях Терра-Прайм… Фауна решит проблему в течение суток. Двое, если повезёт.

Гриша потёр лицо рукой. Провёл ладонью по лбу, по глазам, по подбородку.

— Сбежали, значит… — он выдохнул через нос, длинно, устало. — Хрен с ними. Планета их сама сожрёт. Иди отсюда, Рома. Мне тут убирать до утра.

Я пошёл к выходу.

Но на третьем шаге Гриша окликнул:

— Рома.

Я остановился. Но не обернулся.

— Не лезь в дерьмо, из которого я не смогу тебя вытащить, — предупредил он.

Не ответил. Вышел из холла.

Коридоры базы «Восток-4» после отбоя тревоги напоминали операционную после сложной операции: напряжение ушло, но адреналин ещё не выветрился, и люди двигались рвано, нервно, не вполне уверенные, что проснулись.

Техники в замасленных комбинезонах тянули кабели вдоль стен, восстанавливая проводку, перебитую осколками или вибрацией. Двое электриков стояли на стремянке, ковыряясь в распределительном щитке, из которого торчали оплавленные концы проводов и тянулся запах горелой изоляции.

Санитарная бригада везла каталку к медблоку, и колёса дребезжали на стыках бетонных плит, а на каталке лежало тело, накрытое одеялом, из-под которого свисала неподвижная серая рука, покачивающаяся в такт движению.

Я шёл мимо. ШАК за спиной, хромота на правую ногу, которую я уже перестал скрывать. Никто не обращал на меня внимания. На базе после Кода Красного один хромающий аватар в бетонной пыли и чужой крови вызывал ровно столько же интереса, сколько мокрый зонт в дождливый день.