Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 2. 18+, страница 171 – Игорь Некрасов

Игорь ещё раз огляделся. Он видел только Жужку, с энтузиазмом обнюхивающую какой-то корень.

— Нет, — подтвердил он. — Полная тишина.

— Давай тогда… иди. Я позову, когда всё.

— Хорошо, — кивнул он и начал отходить обратно к тропинке.

Сделав пару шагов, он не удержался и обернулся. И застыл на месте, забыв, как дышать, но не как смотреть.

Лейла стояла к нему лицом, уже стянув джинсы и малиновые трусики до колен. Лунный свет мягко ложился на изгиб её бедра, подсвечивая гладкую, идеально ухоженную кожу. Затем она медленно присела на корточки, опустив голову вниз, её глаза были закрыты, а нижняя губа прикушена от предвкушения желанного облегчения.

И в этом мимолётном, подаренном темнотой кадре, между её бёдер, он увидел обнажённую, без единой волосинки, влажную киску. Её пизденка была аккуратной и нежной, с чёткими, чуть приоткрытыми половыми губами, между которыми угадывалась тёмная, манящая щель. В лунном свете её самая интимная часть тела казалась такой интригующей и завораживающей, будто созданной для того, чтобы её бережно касались.

Лейла была полностью беззащитной, открытой его взгляду в ночи, и от этого зрелища у Игоря перехватило дыхание. Сердце заколотилось. Он знал, что должен отвернуться, но не хотел. Этот вид перед глазами был одновременно таким интимным и таким невероятно возбуждающим.

Внутри него всё сжалось в тугой, болезненный узел, а затем распалось волной горячего тока, ударившего в самый низ живота. Он почувствовал, как кровь приливает к паху, и его член, до этого дремлющий под нотками алкоголя и будучи мягкий, начал набухать с пугающей скоростью.

Сначала — просто упругое давление, затем — нарастающая пульсация, пока он не превратился в твёрдый, болезненно-натянутый стержень, упирающийся в ткань брюк. Швы штанов врезались в кожу, и это крошечное, почти унизительное неудобство лишь подстёгивало возбуждение, делая картину перед ним ещё более порочной и желанной.

И тут он увидел, как из её аккуратной щели, прямо между пухлых половых губ, начала вытекать ровная, прозрачная струйка. Она падала на сухие листья с тихим, мелодичным шелестом. Игорь, завороженный, смотрел, как её влажная, гладкая киска выпускает из себя эту струю, как сама дырочка чуть пульсирует в такт, освобождаясь от напряжения.

А лицо… её лицо залилось румянцем, но не от стыда. Губы её были приоткрыты, а на лице читалось блаженное, безмятежное облегчение. Она наклонила голову чуть назад, и в уголках её глаз исчезли морщинки боли, сменившись почти детской беззаботностью. В этот миг она была удивительно красивой — уязвимой, настоящей и совершенно не подозревающей, что за этим тайным, естественным моментом наблюдают.

Игорь, затаив дыхание, следил за каждым движением. Он видел, как её бледно-розовые, пухлые половые губки, уже и без того влажные, стали глянцевыми и по-новому лоснящимися от стекающей по ним мочи. Прозрачная струйка разделилась на две тонкие дорожки, огибая рельеф её нежной дырочки, и часть влаги, пройдя по всей длине щели, скатилась ниже, к самому началу её межъягодичной складки, к тому тёмному, скрытому месту, которое Игорь мог лишь угадывать.

Вот струйка иссякла, превратившись в последние отдельные капли. Лейла, всё ещё сидя на корточках, сделала несколько коротких, пружинистых приседаний, пытаясь встряхнуть оставшуюся влагу. Её гладкая, голая киска вздрагивала при каждом движении, и Игорю показалось, будто он видит, как самые сокровенные складочки её дырочки чуть приоткрываются и вновь смыкаются.