Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 2. 18+, страница 1 – Игорь Некрасов

— А ведь хотелось… — выдохнул он в липкую лужу, и горький вкус кофе смешался с привкусом железа — то ли от страха, то ли от разбитой губы.

В ответ ботинок лишь сильнее вдавил его лицо в пол, но сквозь гул в ушах Игорь услышал отрывистые команды, звон разбиваемой техники и чей-то сдавленный плач. Его взгляд, размытый и перевёрнутый, поймал отражение в луже: Семён Семёныч, бледный как полотно, поднимал руки с такой торжественностью, будто сдаёт не просто офис, а целую крепость.

А потом дверь кабинета Виктории Викторовны с грохотом распахнулась, и он увидел её. Её величественную фигуру, зажатую между двумя оперативниками. Но её подбородок был высоко поднят, а взгляд, холодный и собранный, метнулся по залу и на секунду задержался на нём, на Игоре, распластанном на полу. В этом взгляде не было ни страха, ни паники. Было стремительное, ледяное вычисление.

И в этот миг Игорь подумал. Офшоры. Крипта. Срочный отчёт, который он только что отправил прямиком ей на почту. Отчёт, который мог быть вещественным доказательством того тайного дела их с Алисой.

Где-то рядом с хрустом опрокинулся стул, и кто-то крикнул: «Все документы — в коробки! Ни одного стикера не упустить!» А Игорь просто закрыл глаза, чувствуя, как леденящий холод пола медленно сменяется таким же леденящим холодом внутри.

Грубые руки подхватили его под мышки и грубо поставили на ноги. Его вместе с другими сотрудниками построили в шеренгу у стены возле лифтов, заломив руки за спину, лицом к холодной бетонной поверхности, в которой угадывались разводы от многократной уборки и мелкие царапины. Воздух сотрясал крик одного из оперативников: «Никаких разговоров! Телефоны убрать! Документы готовить!»

И тут из лифта вышла вторая группа — люди в строгой форме, но уже без оружия, с дипломатами и коробками для изъятия документов. Их руки были в синих перчатках, которые мерзко поскрипывали при каждом движении. Они методично принялись за работу, и этот деловой, почти будничный подход контрастировал с недавним вооруженным штурмом.

Игорь, прижатый лбом к стене, лихорадочно соображал. Дело, которое они сделали вместе с Алисой, «неужели из-за этого». Мысли метались, как мыши в западне, не находя выхода. «Что им нужно? За что меня — за некомпетентность или за соучастие?» Он ловил обрывки фраз следователей: «…все электронные носители…», «…финансовые потоки за последний квартал…».

И тут его слуха достиг знакомый, яростный голос, который даже в этой ситуации не утратил своей презрительной остроты. Дарья, стоявшая где-то неподалеку, срывалась на крик, обращаясь к одному из следователей:

— Слышишь, мудила, твои сальные рученки портят мой «Boggi Milano» — это твой полугодовой зарплатный максимум! У вас что, блять, в уставе прописано граждан хуесосить, пока им даже хуй не предъявили?

На секунду воцарилась тишина, нарушаемая лишь напряженным дыханием других сотрудников. Кто-то даже сдавленно фыркнул.

Последовала спокойная, обезличенная реплика, полная неоспоримой власти:

— Гражданка, прикройте рот, пока мы не составили протокол о препятствовании следственным действиям.

— А ты мне рот не закрывай, уёбок! — рявкнула Дарья, сверкая глазами. — Твоя мамка вчера и-то не так активно препятствовалась, когда я…

В этот момент к следователю подошел коллега: