Книга Ребенок от босса-козла, страница 3 – Амали Браун

— Что надобно вам, Кирилл Витальевич? — спрашиваю его, натянув улыбку.

— Начнем с малого, Анастасия Юрьевна, — тянет он. — С самого легкого. Назовите срок вашей беременности, Настенька.

Анастасия

Твою бабушку! Этого мне еще не хватало!

Я не скрываю свою беременность. Я не собиралась молчать, если припрет, но отчего-то хочу выбесить этого Медведева.

Сидит весь из себя самоуверенный и ждет ответа.

Хочет его на блюдечке получить, но, как говорила моя бабушка, фига с маком.

— Десять месяцев, — отвечаю, погладив свой живот. — Малыш у меня ленивый, в папочку. Поэтому еще спит.

— Насть, я серьезно, — вздыхает он, и улыбка исчезает с его лица. — Какой срок беременности?

— Не скажу, — заявляю, скрестив руки на груди.

— Не скажешь?

— Не скажу, — повторяю и закрываю ротик на замок, коварно улыбаясь ему.

Фига с маком, Кирюша!

Сам говорил, что в жизни ничего просто так в руки не плывет. Так получай, Медведев, очередные сложности в своей жизни.

— Ладно, — тянет он и поднимается из-за стола. Протягивает мне ладонь, предлагая вложить мою в нее.

— Милостыню подать, Медведев? — хмыкаю на его жест, решив поиздеваться. — Обнищал, бедный, купив этот ресторан?

— Ага, — кивает и берет меня за руку сам. Покрепче перехватывает мое запястье, чтобы не вырвалась. — Вставай. Поехали.

— Куда? — недоумеваю.

— В клинику, — равнодушно, но с капелькой злости в голосе, говорит он. — Раз ты не хочешь говорить срок, мне врачи его назовут. Думаю, по твоему животу они легко поймут, сделав УЗИ.

— Медведев!

Но он меня не слышит. Дергает за руку вверх и заставляет подняться на ноги. А после безжалостно тянет на выход, пока я ору и молю о помощи.

Но никто, ни посетители, ни работники, не кидаются спасать.

Вот тебе и люди.

А если бы это был маньяк?!

Что, если бы меня убивать тянули? Они так бы и продолжили сидеть и беседовать о своем?

Где их человечность? Благородство? Где хоть что-то в этих людях, что поможет человеку в беде?

— Отпусти меня! — кричу ему уже на улице. — Я вообще-то на работе. И нам нельзя прогуливать.

— Ты уволена, — хмыкает он с видом победителя, который решил мою проблему.

— По закону уволить беременную нельзя! — восклицаю, недовольно глядя на него.

— О законах поговорить хочешь?! А как насчет закона об отцовстве? — гневно произносит, указав на мой живот.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — скрещиваю руки на груди.

— О том, что ты ждешь моего ребенка! — выкрикивает он, с трудом сдерживая свою злость. — И я имел право об этом знать! И почему я узнал об этом только сейчас?

— Потому что ты козел! — бросаю со злости. — Потому что ты козел, который вышвырнул меня, когда я тебе надоела! И ты не имеешь никаких прав после этого!

— Хочешь поспорить?

— Да отпусти меня! — кричу и пользуюсь тем, что видела в фильмах. Бью ногой его в обратную сторону колена. И это срабатывает. Он меня отпускает.

Хватаю с пола непонятно откуда взявшуюся палку и угрожающе смотрю на него.

— Еще раз тронешь меня, козел, я тебя этой палкой убью! — рычу на него, преувеличивая. Палкой я точно его не убью, но по мягкому месту с удовольствием ударю.

— Тогда назови срок, или поехали в клинику, — просит он с вызовом, гневно сверля меня взглядом. — Я должен быть уверен, что это мой ребенок.

— Для чего? — недоумеваю.