Книга Развод. Я хочу стать мамой, страница 26 – Виктория Вишневская

Достаю из сумки свои любимые пирожные, купленные по пути домой и иду мириться. Старшие всегда должны уступать младшим — этому научила меня жизнь. Уже как под корку залезло — так и осталось.

Поднимаюсь на второй этаж, стучу ей в дверь. Не открываю сама — жду, когда она решится первой. Жду минуту, две… пока наконец не слышу её тихие, нерешительные шаги.

Дверь распахивается. Она — вся зарёванная, с красным носом, шмыгает, ресницы слиплись от слёз. В глазах – ни капли злости или упрёка.

— Это ты так учишь меня, как правильно к другим в комнаты заходить? – шепчет обиженно, но уголки губ всё равно нервно тянутся вверх.

— Нет, – улыбаюсь. – Но думаю, в следующий раз ты постучишь, чтобы не травмировать себе психику и не увидеть секс сестры с её мужем.

— Фу, постучу, – уже по‑настоящему улыбается.

Протягиваю ей пирожные:

— Может, мир? Они с клубникой.

— С клубникой… – она то ли смеётся, то ли плачет, голос дрожит. – Ладно. Прости.

Она вдруг падает на меня всем своим тёплым, трясущимся телом — я едва успеваю отдёрнуть корзинку с пирожными. Лена обнимает так крепко, горячо дышит мне в ухо, и внутри всё сводит от вины.

— Я у тебя дурочка, – шепчет. – Часто не думаю о мелочах. С дверью — косяк осознала, с одеждой тоже. Поможешь выбрать пару комплектов пижам? На твой вкус.

Я тихонько смеюсь, обнимаю её в ответ. Вспоминаю наши подростковые и студенческие годы — не разлей вода, всегда рядом. И вот поругались из‑за какой‑то фигни.

— И ты меня прости, – добавляю. – Я сама нервная последние дни. Суррогатство, как и тебе, для меня очень тяжело морально. Знаешь ли, не каждый день твоя сестра хочет родить вам с мужем ребёнка.

— Понимаю. Давай только в следующий раз говорить, а не срываться, хорошо? Если у тебя есть какие‑то правила — напиши сразу, чтобы потом не ругаться. Ладно?

— Хорошо, – ласково улыбаюсь.

И сразу будто отпускает. Мы опять становимся родными сёстрами. Я глушу нервы пирожными, и даже прихожу в себя: снова смеюсь, болтаю и встречаю Августа на пороге с улыбкой во весь дом. Он удивлённо вскидывает брови, когда я хватаю его за ладони и чуть не кружу по гостинице.

Как же хорошо, оказывается, выговориться!

— Ого, что с тобой? – муж даже теряется, но подхватывает моё настроение, улыбается. – Тебе сделали укол счастья?

— Почти, – смеюсь и тяну его на кухню. – Пошли, я приготовила тебе обед.

Заходим, а там Лена сидит, хомячит лазанью. Поднимает палец вверх:

— Вкусно! – гордо объявляет, смешно выглядя в своей новой розовой пижаме с причудливым принтом. Мы сегодня сходили в магазин: набрали ей вещей, и, смеясь, она выбрала один дурацкий комплект — почти детский, но ей идёт. – Садись ешь, а то твою порцию тоже съем!

— Всем хватит, – улыбаюсь, но всё равно усаживаю мужа за стол. – Кушай, а то проглот всё подчистую утащит.

— Фе, – дуется сестра и устраивается поудобнее.

Мы с Августом воркуем, шепчемся о всяких приятных пустяках, а Лена вдруг притихает. Жует задумчиво, взгляд бегает, как будто слова застряли где‑то в горле и не решаются выйти.

И в какой-то момент, когда кухню накрывает тишина и только звон вилок о тарелку рушит её.

— Знаете… – проговаривает неуверенно. – Я тут подумала… А может, я всё же перееду на квартиру?