Книга Новогодний переполох в академии «Милагриум», страница 13 – Алиса Селезнёва

— Я сегодня такая красивая. Я и не подозревала, что могу быть такой.

— Габи бы сказала, что ты сногсшибательная.

— И, похоже, совершенно никто в зале не догадывается, что я это я.

— Может, нам как-то намекнуть на это?

— Обязательно, ‒ Мел лукаво улыбнулась. ‒ В полночь все снимут маски. А пока давай вдоволь натанцуемся.

Атмосфера праздника пьянила лучше любого вина. У Мелинды кружилась голова, ноги гудели, а в ушах звенело, но она не переставала исполнять танцевальные па ни на минуту. Она вальсировала и улыбалась, улыбалась и вальсировала. Ещё никогда в жизни ей не было так весело. Крепко держа за руку, Альберт ввёл её в саму гущу событий, а самый центр праздника. Он был галантен, он был мил, шутил и отвешивал комплименты.

— Вправо, а теперь влево, а теперь шаг назад, ‒ наставлял он её во время очередного танца, а она порхала по залу, словно бабочка, и ловила на себе восхищённые взгляды старшекурсников и молодых преподавателей.

Ах, борода Мерлина! Альберт в её жизни появился всего три часа назад, а ей уже казалось, что она знает его всю жизнь. И как же гулко стучало её сердце, когда он улыбался, а если сжимал её пальцы или нашёптывал что-то в ушко, щекоча дыханием мочку, у неё и вовсе подгибались колени.

В середине праздника в зале стало душно, и Мелинда почти упала в кресло, чтобы хоть немного отдохнуть и отдышаться. В страшной спешке из угла в угол носились взмыленные официанты, волоча за собой серебряные подносы, нагруженные закусками и прохладительными напитками. Пузырьки в бокалах неумолимо тянулись вверх, а бутерброды с красной икрой и муксуном буквально таяли во рту. Каким-то чудом Альберт сумел достать для Мел её любимые заварные эклеры с белковым кремом, а ещё на редкость сладкий ликёр. Это было поистине что-то волшебное, что-то сказочное.

— О, если это сон, то я не хочу просыпаться,‒ думала Мелинда, но вслух, разумеется, говорила другое: ‒ Жарко. Даже кресло не помогает. Давай охладимся на улице.

Альберт подал ей руку, и, осторожно обогнув танцующих, они вышли на балкон. Холода Мелинда не чувствовала, к тому же с балкона открывался потрясающий вид на окрестности. Пейзаж вокруг окутала плотная тьма, но ёлки в гирляндах и снег на крышах соседних зданий было видно отлично. Погода стояла морозная и ясная, небо сплошняком усыпали миллиарды звёзд.

— Красиво, ‒ произнесла Ноиламгип, глядя перед собой. Сняв пиджак, Альберт накинул его ей на плечи.

— Рад, что ты счастлива. Твоя улыбка делает счастливым и меня.

Так они и стояли на балконе, пока звуки за стеклом не стали громче. Близилась полночь, время открывания всех секретов, время торжества и мести.

— Не спеши возвращаться. ‒ Как только Мел взялась за дверную ручку, Артур мягко загородил ей дорогу. ‒ Главное ‒ эффектно появиться! В общей суматохе нас никто не заметит, а вот если мы чуть-чуть опоздаем, тогда всё внимание будет приковано к нам. Две сотни глаз или даже больше. Думаю, это как раз то, чего ты хотела, создавая меня.

Посильнее закутавшись в пиджак, Мел закрыла глаза, делая вид, что принюхивается к морозному воздуху ночи. На самом деле она жадно ловила запах Альберта. Как удивительно и как волнующе! До встречи с ним Мелинда не была избалована мужским вниманием. У неё не было ни отца, ни деда, ни даже брата. Одногруппников она сторонилась, а с молодыми мужчинами-преподавателями говорила подчёркнуто вежливо. Но с Альбертом… С Альбертом ей хотелось быть нежной. С Альбертом она больше не чувствовала себя дико интеллектуальным книжным червём, она ощущала себя женщиной.