Книга Криндж и Свидетели Пиццы, страница 95 – Харитон Мамбурин

— Бессмертные солдаты, когда-то воевавшие за человечество против пришельцев, — кивнула мне собеседница, — Обладатели разных умений и качеств, от псионического дара до сверхбыстрой регенерации. Ты один из них. У вас у всех один и тот же шаблон, одни и те же установки… но твой случай, думаю, самый уникальный. А еще глаза…?

— Что… глаза? — убито пробормотал я. В голове весело трахались смешные карлики. Знаете, как называется секс у карликов? «Тютелька в тютельку». Очень смешно, да.

— Это не ты похож на зедов, Криндж. Это они на тебя.

Что может помочь тому, кто узнал о себе слишком многое? Не какую-нибудь новость профессионально-сочувственным тоном доктора «у вас триппер», а фундаментально, мать его, паршивые новости? Что ты, на самом деле, какой-то супербедолага, из препарированного сознания которого сделали базовую платформу для всех оцифрованных личностей в этом мире? Что у тебя тело другого бедолаги, которого буквально создали с нуля с твоей этой самой базовой личностью, заставив чуть ли не с рождения ползать по говнам? Причем не вчера, не двадцать лет назад, а, бабушку его, триста лет назад!

И это я молчу про ужас момента, когда вспоминаю, что неоднократно вступал в половые сношения с другими ашурами женского пола, каждый из которых, внимание (!) — подсознательно я сам !

От таких завихрений и откровений может перекосить любой чердак. Тут не поможет ни относительный комфорт номера, не время ожидания, пока твоему товарищу приделывают пару недостающих хромосом… нет, это всё бы не помогло. Спасло другое.

Баба. Нежная, красивая, мягкая, опытная, голая баба. С большим жизненным опытом, нужными навыками и врожденной эмпатией слонячьего калибра. Нимфа меня кормила, поила, трахала, прижимала к теплой титьке, успокаивающе бормотала, выводила на разговор, слушала, задавала вопросы… в общем, чинила мою самоидентификацию так, как не могло ни одно другое существо на планете. Мешала мне коллапсировать как личности, чтобы не уподобился Яго. Спасала из омута цинизма Регала, когда меня кидало в другую крайность, совмещенную с острым желанием разрушить весь этот дурдом. Не позволяла скатиться в апатию Хемсворта, которую тот умел компенсировать только ультранасилием и риском…

В общем, вытянула. Вернула желание жить, творить, нести добро. В общем, добрым словом и сексом можно добиться куда большего, чем просто добрым словом, это прямо женская версия с очень эффективной заменой пистолету.

— Почему? — спросил я, когда пришло время идти забирать Мурхухна Виверикса, закончившего свои процедуры.

— Почему…? — с нимфой не нужно занудствовать, она всё понимала с полуслова, — Потому что вы, реликты прошлого, возвращаете этому миру здоровье. Мы, рои бывших рабов, тысячелетиями стремимся вернуть утерянное нашим видом. Это не делает нас союзниками, Криндж, но служит фундаментом для полноценного взаимодействия, как минимум, лояльности. Мы живем в одном мире. Ты оплатил услуги, предоставил много ценной информации…

— … и ведро генетического материала.

— И ведро, — нимфа улыбнулась, — Это была чрезвычайно хорошая сделка, поэтому ты получишь небольшой бонус. После того, как воссоединишься со своим другом. Кстати, насчет оплаты за его лечение…

— Всё будет, — кивнул я, — Идём посмотрим, что вы там с ним натворили.