Книга Измена. Моя (не) покорная, страница 29 – Дима Льевич

— Настя, я уже сказал тебе правду. Сказал, что это все было по работе, а больше того, что ты видела, не было! — Он замолкает и трет руками лицо. — Мы еще не поженились, а ты уже выносишь мне мозг. Это кошмар какой-то…

— Еще? Костик, никаких «еще». Мы и не поженимся. Ничего не будет. Все кончено! Навсегда! — совсем теряя контроль, кричу я. Понимаю, что он даже сейчас не смог сказать хотя бы слова правды. Я ведь знаю как минимум о двух случаях, хоть об одном не могу ему сказать.

Кажется, я и об этом сейчас зря сказала, точнее, таким тоном.

Его лицо меняется, хмурится и приобретает багровый оттенок. А в следующую секунду разражается настоящая буря, но не столько эмоций, сколько грязи, приносящей боль, разочарование как в себе, так и в отношениях в целом:

— Ничего подобного! Не кончено ничего! — цедит сквозь зубы парень и наступает на меня тяжелыми шагами. Он будто вдвое больше становится в этот момент. И смотрит так, будто хочет придушить. Но руки со сжатыми кулаками держит строго вдоль туловища.

— Костя…

— Я не закончил! Я говорю, ты будешь моей женой, хочешь ты того или нет. А знаешь почему? А все просто, — шипит он, нависая надо мной каменной глыбой. — Мне не именно ты нужна. Просто ты одна-одинешенька, у тебя никого нет и деваться тебе деваться. Вот и вся причина моего выбора. А почему именно так — потому что мне для солидности нужно обзавестись женой. Чтобы в бизнесе выглядеть хорошо. Мне так отец сказал. Просто так надо, вот и все.

На последних словах он будто сдувается и становится обыкновенным парнем. Ярость улетучивается.

— Значит, найдешь себе другую, — максимально спокойно и безэмоционально отвечаю я, хотя не уверена, что у меня выходит скрыть на лице полнейший шок от его слов. Просто так надо? Замуж, потому что это поможет ему выглядеть лучше? Что за хрень?

— Нет, Настюша. Ею будешь именно ты. Не хочу я другую искать. Ой, да и чего тебе жаловаться-то? Ты же от этого только выиграешь! И только благодаря мне будешь жить как в шоколаде. Ну и что, что я трахаю других баб? Что с того? Это ведь такая мелочь. Обмен жидкостями, и все. Это мое личное дело.

— Твое? Костя, твое, правда? Ты говоришь мне такое после того, как сам предложил выйти за тебя? За месяц. Меньше месяца! Ужас… Как ты вообще можешь так думать? Что с тобой случилось? Ты еще недавно был таким чутким, заботливым. Как… Да как такое возможно, чтобы человек… Я думала, ты меня правда любишь.

— Наивная девочка. Ты так сильно в любовь веришь? Я тебя умоляю! Да это все хрень собачья.

— Убирайся ко всем чертям. Я не хочу тебя больше знать. Жалею, что вообще встретила тебя. Забери свое гребаное кольцо, — фыркаю я, снимаю с безымянного пальца худенькую обручалку и швыряю ему в грудь, — и убирайся из моей жизни. Как я вообще могла так в тебе ошибиться…

— Ты еще будешь моей, очень скоро. Вот увидишь! — скалится парень.

Я не сдерживаюсь, совсем забываюсь, погрязая в эмоции, и у меня с языка срывается то, что совсем не должно было звучать при этом человеке:

— Ты весь в отца…

— Что ты сказала? Я не помню, чтобы знакомил вас.

— И не знакомил. Я знаю его.

— Когда?

— Уходи. Или я… Я не знаю, что сделаю!

— Это моя квартира. Я никуда не уйду, — хрипит Костя, переполняемый какой-то такой злостью, что мне должно быть страшно. Но мне уже плевать. Меня саму обуревают эмоции, только другого характера.