Книга Пышка для кавказца. И смех и грех, страница 2 – Элен Блио

Малышка, похоже, в корсете.

Охренеть.

Она… она же толстая?

Тогда почему я так… Так пялюсь?

— Добрый вечер, — говорит она, голос у неё низкий, чуть хрипловатый. Сладкая патока, от которой по телу дрожь. — Меня зовут Женя. Это моё первое выступление. Так что, если будет совсем плохо — просто хлопайте, и я уйду. Обещаю не плакать. Ну, или плакать тихо, чтоб никому не мешать.

Зал смеётся.

Я тоже улыбаюсь. Неожиданно.

Она начинает что-то говорить про друзей, которые сказали, что она смешная, и про то, что она боится, что они просто были пьяные вдрабадан.

Снова смех.

Вижу как кривится рядом Вика-Лика, тянет ко мне руку.

А мне по барабану.

Слежу за пышкой, стоящей на сцене, она, кажется, разгоняется.

Вокруг смех.

Да, она на самом деле… весёлая.

Неожиданно для меня она выдаёт:

— Знаете, что самое сложное для девушки? Нет, не найти платье. И не накраситься так, чтоб не было видно, что ты три часа ревела. Самое сложное — это когда ты нравишься мужчинам, но не тем, с кем они готовы появиться в обществе.

Так. Интересно.

Почему меня так цепляет эта фраза?

Она делает паузу. Зал затихает.

— У меня есть теория. Мужчины делят нас на два типа. Первые — те, с кем они водятся. Тощие, модельной внешности, чтоб друзьям показать: «Смотрите, какая у меня!» Да? Похлопайте, кто так считает?

Удивительно, но зал поддерживает.

Хм…

— А вторые, — тут она делает паузу и говорит чуть тише. — Вторые те, на кого они дрочат.

Зал грохает, а у меня что-то гаденько свербит внутри. Она делает еще одну паузу.

— И вот тут, девочки, начинается самое интересное. Потому что вторые — это мы. Пышки. — Тут она двигает бедрами, снимает микрофон со стойки, проходит вперед, поворачивается, крутит своей ошизенной попкой и наклоняется так, что её сочные титьки чуть не выскакивают наружу.

Это просто смертельный удар.

Сглатываю слюну.

Девица Женя продолжает.

— Пухленькие. Аппетитные. Те, от которых глаз не оторвать, правда? — и снова зал на её стороне. — Но в ресторан с ними страшно — вдруг кто увидит?

Я чувствую, как блонда рядом напрягается.

А я… я смотрю на эту Женю осознавая, что она говорит про меня. Про таких, как я.

Зал взрывается хохотом.

Женщины вокруг визжат, хлопают. А я смотрю на эту пышку и чувствую, как внутри что-то ёкает.

Она продолжает, шутит про то, как мужики пялятся на неё при своих тощих девушках. Как она буквально стирает с себя их сальные взгляды, как ей противно лицемерие.

Лицемерие.

Зараза! Тут я не выдерживаю.

— А с чего ты взяла, что на тебя смотрят? — говорю я громко, перекрывая смех. — Может, просто испугались, что раздавишь?

Пауза.

Она замолкает. Удивлённо хлопает глазками.

Смотрит в мою сторону. Щурится от софитов. Ага, разглядела меня.

Вижу, как в её глазах загорается огонь. Не обида — азарт.

— О, у нас зритель с комментариями! — говорит она, и голос её звенит. — Молодой человек, а вы, я смотрю, эксперт по тому, кто кого раздавит?

— Эксперт, — отвечаю я, чувствуя, как губы сами расползаются в усмешке. — Именно, в этом я разбираюсь. У меня сеть фитнес-клубов. Я таких, как ты, каждый день вижу. Приходите, платите деньги, а через месяц пропадаете.

— А ты, значит, следишь? — парирует она. — Запоминаешь лица? Интересный у тебя бизнес. Фитнес-клуб или база данных девушек, которые тебе задолжали?