Книга Фея для ректора, страница 3 – Ольга Райская

Так вот вы какие… мурраны!..

Пока я, словно рыба на берегу, хватала ртом воздух и шевелила жабрами в тщетной попытке проанализировать увиденное, ректор оторвался от своего журнала и поднял на меня взгляд. И да, его зеленые глаза были тоже прекрасными ровно до того момента, пока зрачок вдруг на секунду из обычного человеческого не превратился в узкую щель, но очень быстро снова обрел обычное состояние. Возможно, имела место игра света, и мне все это померещилось.

Однако особое беспокойство вызывал вовсе не зрачок и даже не пушистые уши, а то, что я увидела за спиной ректора, то, что вовсе не собиралось исчезать, как бы я ни моргала и ни вонзала ногти в кожу своей ладони.

Заговорили мы одновременно.

— Добррый вечер, сударрыня. Вы ко мне? — спросил мужчина. Он слегка грассировал, отчего его «р» выходило вовсе не на французский манер. Создавалось впечатление, что ректор мурчит.

А что же ему ответила я?

О, мой ответ не отличался ни вежливостью, ни учтивостью, но определенно был неожиданным даже для меня самой.

— У вас за спиной хвост! — выпалила я.

Ректор повернулся, будто и вправду хотел обнаружить отдельно гуляющий по кабинету хвост. Не обнаружил и вернулся в исходное положение. Надо сказать, когда мужчина поворачивался, хвост тоже поворачивался вместе с ним, давая мне возможность удостовериться, что растет он из ректора, а, стало быть, является его неотъемлемой частью.

Хвост оказался тоже темно-рыжим, толстым, совсем не пушистым, а скорее бархатным или даже плюшевым. Я так засмотрелась, так устыдилась своего внезапного желания дотронуться до поразившей меня части красавца, что не сразу услышала следующий вопрос.

— Что, простите? — поинтересовалась я, когда хвост снова спрятался за спиной почти весь, кроме нервно дергающегося кончика.

— А что там по-вашему должно быть, учитывая, что я мурран? — любезно уточнил у меня ректор.

Стало стыдно. Правда. Стало неловко, и жар смущения опалил щеки, потому что там, где у мурранов хвосты, у остальных банальная задница, ничем бархатным не обремененная.

— Прошу меня извинить, — выдохнула я. — Мне еще никогда не приходилось видеть представителей вашего вида.

— Расы, — поправил ректор. — Да, нас осталось мало, но мы и наша уникальная магия все еще существуем.

Третий раз извиняться я не стала, хотя тон мужчины способствовал этому. И потом, я не видела принципиальной разницы между видом и расой, но она, очевидно, была и, наверное, существенная. Преодолев свое смущение и природный магнетизм собеседника, гордо задрала подбородок и спросила:

— Надеюсь, ректор этой академии вы, и я попала по адресу?

Мужчина очаровательно улыбнулся, отчего красиво очерченные губы растянулись и под верхней губой сверкнули кончики острых белоснежных клыков. Они были гораздо крупнее и длиннее человеческих, но скромнее клыков крупных хищников. И на том спасибо.

На предрассудки у меня совершенно не было времени, в гостинице ждали девчонки. Подумаешь, стою и разговариваю с разумным человекообразным котом! Бывает хуже… в некоторых сказках. В конце концов, кот — это ведь не дракон, не орк и даже не гоблин. Кот — это что-то привычное, тем более, человеческого в нем было гораздо больше.

И все же я робела.

Впрочем, хозяин кабинета сам пришел мне на помощь, завязав привычную в подобных случаях беседу.