Онлайн книга «Брак понарошку, или Сто дней несчастья»
|
— А ты-то тут при чем? – стонет тетя. – Неужели это нельзя решить по-другому? — Ну, – улыбаюсь, – есть и у меня кое-какой свой интерес, – вижу ее ошарашенный взгляд и машу руками. – Нет! Это не то, что ты подумала! Просто. Ну почему бы не помочь девочкам? – стараюсь выглядеть искренним. – Они остались совсем одни. — Не знаю, что ты задумал, Глеб, – качает головой тетушка, – но добром это не кончится. — Да ладно тебе, – снова пытаюсь ее обнять. В этот раз получается. — Они хорошие. Пойдем! Выхожу в холл, однако девиц там нет. Ищу прислугу: — Вы уже проводили дам в комнаты? — Каких дам? – недоуменно спрашивает горничная. — Хм, – тру переносицу, снова выхожу на крыльцо. Так и есть! Эти мартышки уселись на ступеньках, будто автобуса ждут. Или трамвая. — Чего сидим? – вскидываю бровь. – Кого ждем? — Да вот, – пожимает плечами старшая, – думаем, как с Кактусом быть. — А в чем проблема? – хмурюсь. – Пес же может жить на конюшне! — Конечно! – утвердительно кивает Злата. – Мы все там можем жить! Та-ак… — Злата, – вздыхаю, краем глаза вижу, что тетушка тоже вышла и слушает этот разговор, – а что не так? — Нет, – пожимает плечами, – все так! Просто… – смотрит мне в глаза. – У нас же однушка. И мы привыкли все жить в одной комнате. Да черт! Что ты вытворяешь? — Ладно! – скриплю зубами. – Можете жить в одной комнате! – оборачиваюсь к тете. – На первом этаже есть свободные комнаты? — Конечно! – хмыкает она. Очень довольно хмыкает. Все гостевые выше. На первом этаже живет прислуга, но девки сами так захотели. — Отлично! Твоя Клякса все равно на первый этаж не спускается. Собаки не пересекутся! Но! – стараюсь казаться строгим. – Чтобы в общих комнатах пса не было! — Ура!!! – скачет Мышь. — Конечно, не будет! – Злата улыбается. – Только наша комната и двор! – хитро смотрит на меня. – Задний! Вот же! Мошенницы! Добились своего! — Пойдем! – киваю на дом. – У нас есть полчаса перед ужином. Обсудим тонкости… . Злата Мне постоянно хочется обойти этот ковер. Хотя… Когда я понимаю, что на полу не паркетная доска, а настоящий паркет… Дубовый? Или из ценных пород дерева? Или из чего рисунок собран… Красиво! Но полное ощущение, что ты в музее… Хотя мы в его рабочем кабинете. Подразумевается, что здесь скромная деловая обстановка. — А ты всегда так жил? – спрашиваю ошарашенно. — Как? – он не понимает. — Ну, – обвожу рукой. — А! Да! – пожимает плечами. – Мой отец был богат. Дед тоже не из бедных, но отец хорошо уловил веяние времени, прокрутил несколько крупных сделок в девяностые и… – обводит глазами комнату. – Сколько себя помню, мы всегда жили примерно так, – переводит взгляд на меня. – Тебе сложно? Я только вздыхаю. Он улыбается, откидывается в большом кожаном кресле. — Привыкнешь, – произносит самодовольно. – К хорошему быстро привыкают. Хочется съязвить, но… Он вроде как помогает мне. Мы и так пса чуть ли не шантажом в его дом протащили. Так что… Решаю поддерживать разговор в мирном русле. — Ты скучал по ним? – спрашиваю о его родителях. — По ком? – он не понимает. — Ну, – мы же только что говорили о его отце, – по папе с мамой… Ты сказал. — А! Да! То есть нет, – качает головой. – Только не думай, что я сволочь бесчувственная, – хмыкает, видя мой ошарашенный взгляд. – Пойми правильно. Мой отец – большой бизнесмен. Дома почти не бывал. Мама была актрисой. Ужины, приемы, тусовки. Меня всегда растила тетя Рая, – пожимает плечами. – Лет до восьми я ее мамой звал. Потом мать стала выводить меня в свет и со скандалом переучивала. Так что, – вздыхает, – как это ни кощунственно звучит, сиротой я себя никогда не чувствовал. Родителей и так никогда не было в моей жизни. |