Книга Врач. Жизнь можно подарить по-разному, страница 78 – Аня Вьёри

— Марк, – Катюшка возвращает меня к реальности тихим сонным голосом.

— М? – прижимаю ее к себе.

— Как ты его оперировать будешь?

Боже, девочка моя! Ну о чем ты думаешь?!

— Очень, очень осторожно, – произношу озорным шепотом, шагая пальцами по ее ребрам.

— Марк! – смеется, выкручивается из моих рук. – Я серьезно…

— Кать… – серьезно так серьезно. – Не знаю, как буду чувствовать себя с ним в операционной, но точно знаю, что никому другому его не доверю. Не смогу. Это моя ответственность, понимаешь? Я за это отвечаю! И я знаю, как сделать так, чтобы все было хорошо!

— Правда? – ее голос дрожит.

— Конечно, правда!

— У него поражен сустав? Его полностью убирать?

— Сустав и кость…

И, возможно, еще и бедренный сустав, но об этом молчу. Убирать бедренный сустав – это совсем другая история.

— А потом?

— А потом ставим спейсер…

— Это что?

— Имитация кости. Временный протез.

— А сразу настоящий нельзя?

— Нет, – смеюсь. – Не ясно до конца, что и как убирать будем. Вот вычистим опухоль, закончим курс химиотерапии.

— Сколько еще?

— Две химии, – дай бог, чтоб две. – Потом уберем метастазы.

— И все?

— Почти, – замолкаю.

Даже при самом хорошем исходе Мишкино «все» наступит года в двадцать три – двадцать пять. А до того каждый год открывать ногу и раздвигать протез. А потом и вовсе менять согласно возрасту.

— Протез фонд заказывает?

— Угу, – я уже думал об этом. – Я, думаю, позвоню кое-кому, – поворачиваюсь на спину, вытягиваюсь, – остались у меня друзья с интернатуры. Думаю, что можно будет заказать что-то поинтереснее, чем обычно приходит.

— Да?

— Угу… А через фонд тогда оформим и привезем.

— Хорошо бы…

— Все будет хорошо, – глажу ее по волосам.

— Если ты так говоришь, то будет, – шепчет.

— Обязательно будет, – улыбаюсь.

— Я верю тебе.

Катя

Снова больница. Самые замечательные выходные закончились. Выходные, когда мне дали выспаться. С чистой совестью и абсолютно спокойной душой спала почти до обеда. Проснулась от хохота и запаха чего-то подгоревшего. Эти двое решили приготовить мне завтрак. Ну ладно! Сами решили, сами и отмыли все. Мне не жалко.

Марк почти насильно отправил меня в магазин товаров для дома. Занавески, комод для Мишкиных вещей, кое-что из посуды, комплекты постельного белья…

У меня даже голова закружилась! Честно, боялась не уложиться в эти самые сорок тысяч, которые почему-то никак не заканчивались на моей карточке. Но все коварство плана Захарского я оценила, когда вернулась! Эти двое сбагрили меня подальше, чтобы покататься на мотоцикле! Блин! Исключительно по двору, конечно. Но у меня сердце ушло в пятки, когда Мишка начал мне рассказывать, что, чтобы повернуть, надо не руль крутить, а наклониться!

Марк! Он молчал! И укоризненно смотрел на сына. Что, Захарский, неужели ты думал, что он мне не расскажет? Интересно, если бы мы приехали с синяками на госпитализацию, что бы нам сказал наш лечащий врач? А, Марк? Но, конечно, в больницу мы вернулись целыми и невредимыми. И… спокойными. По крайней мере, я… Я совершенно точно знала, что все будет хорошо.

Мы приехали, сдали анализы, подготовились к РИД. Исследование, расшифровка и… И операция.

Марк

— Я считаю, что бедренный сустав убирать обязательно!