Книга Метод чекиста, страница 6 – Валерий Шарапов

Люди предсказуемы. Я уже знал, как пойдет разговор. Он так и пошел. Сперва начальник лаборатории терзал меня вопросами, а точно ли его подчиненные погибли и нет ли здесь ошибки. Когда все его надежды были мной жестоко разбиты, он начал интеллигентно, но потрясенно стенать, схватив бороду, будто желая выдернуть ее:

— Кушнир! Бедняга! Всего сорок лет пожил, а сколько всего сделал для Родины! И сколько еще сделал бы. Дурацкое ДТП. Дурацкий день… По-дурацки хрупка наша жизнь.

— Никто не застрахован, — слегка осадил его я, ощущая, что драматический монолог может затянуться. Интересно, что бы с ним было, сообщи я ему, что его подчиненные не просто жертвы ДТП, а жестоко убиты. Но это ему пока знать не стоит. — Сейчас не это главное.

— Да, да, конечно. — Сторожихин будто очнулся и собрался.

— Итак, Артур Владимирович. Что у нас получается. В одиннадцать ноль-ноль ваш заместитель на служебной машине должен был отправиться на заседание в Первое главное управление Совета министров СССР, на котором должен был председательствовать сам товарищ Берия. Так?

— Именно так, — согласно закивал начальник лаборатории.

— Ему предстояло доложить по перспективам урановых разработок. С оценками, представляющими гостайну особой важности. Для чего взял с собой текст доклада.

— Только есть одно обстоятельство. Утром мне позвонили и уведомили, что товарища Берии не будет. Совещание скомканное, в урезанном составе и по общим вопросам. Основное намечается через неделю.

— Главный вопрос: доклад был у вашего зама с собой?

— Должен был. В общем-то… Если…

Мысли его теперь приобрели нужное направление, и он, сжав пудовые кулаки, уставился куда-то в окно.

— В этом сейчас и убедимся, — продолжил я. — Для начала вскроем сейф в кабинете Кушнира. Комиссионно.

— Да, конечно! — Начальник лаборатории снял трубку, набрал номер и теперь уже иным, властным, голосом произнес: — Гурий Никитич, зайдите.

Через минуту в кабинет аккуратно и интеллигентно постучали. Зашел мужчина среднего роста, крепкого телосложения, с правильными, даже красивыми чертами лица и пышной седой шевелюрой. В былые времена он наверняка разбивал хрустальные женские сердца. Был свободен в манерах, самоуверен, легко шел по жизненному пути. Теперь ему перевалило за сорок, и эти сорок были совсем нелегки — жизнь согнула его и обесцветила былой лоск. На его губах застыла угодливая и вместе с тем какая-то вызывающая улыбка. Улыбка человека, готового не только приспосабливаться, но время от времени и взбрыкнуть.

Кандидат наук, старший научный сотрудник «пятнашки» Бельш — я его, конечно, хорошо знал. Не только знал, но и тщательно изучил всю его подноготную. После некоторых событий у меня возник прямо непреодолимый интерес как к лаборатории, так и к ее работникам. Особенно если они с пятнами в биографии.

— Гурий Никитич. Собирайте комиссию по вскрытию кабинета и сейфа. По списку, — велел начальник лаборатории.

— Все уже на месте, — отозвался Бельш.

— Зови. Сейчас и приступим, — произнес начальник лаборатории совсем уж угрюмо.

Осторожно ступая, будто боясь разбудить кого, Бельш вышел из кабинета. Перед этим быстро, мимолетно окинув нас взором.

И я этот его взгляд поймал — был он опасливый и вместе с тем ненавидящий.

Комиссию собрали быстро. Начальник лаборатории. Главный режимник. Начальник канцелярии. Ну и где-то в стороне, как положено, не отсвечивая, ничего не подписывая, только присматривая, стоял Ваня Валеев — куратор объекта от МГБ.