Книга Дикие сердца, страница 42 – Джессика Питерсон

— Так ты действительно владеешь компанией по производству обуви?

— Да. – Ее взгляд падает на руки, и она моргает, убирая их. – Мы с подругой придумали эту идею еще в колледже.

Как человек, владеющий одним бизнесом – ранчо Риверс – и управляющий другим – предприятиями на землях Лаки, я знаю, сколько труда это требует.

Наверняка у Молли есть люди, которые делают всю грязную работу за нее.

— А что? – спрашивает она.

Я качаю головой:

— Ничего. Не верил, что ты действительно работаешь.

Ее глаза сужаются до щелок.

— Потому что думал, что я провожу время, загорая и ходя по магазинам?

— И играя в пиклбол. Не забывай об этом.

Ее губы дергаются. Флиртую ли я с Молли?

Почему, черт возьми, я флиртую с Молли?

— Ребята… ой! О боже мой.

Я оборачиваюсь на голос Гуди и вижу, как Мария срывается галопом туда, откуда мы приехали.

— Ты не держала повод? – огрызаюсь я, глядя на Молли.

Она вскидывает руки.

— Ты не сказал мне это сделать!

— Господи Иисусе! – Я бегу следом. – Мария! Иди сюда, девочка. Мария!

Но поскольку, видимо, вселенная решила меня добить, кобыла только прибавляет ходу, убегая все дальше и дальше.

— Я займусь Марией. – Гуди снова садится на лошадь. – Оставайтесь здесь. Я скоро вернусь.

— Гуди…

— Оставайтесь, правда. Не нужно из-за маленького происшествия прерывать обход.

Прежде чем я успеваю возразить, Гуди подгоняет лошадь и скачет вслед за Марией.

Я остаюсь на краю обрыва с одной лошадью и чертовой городской девчонкой.

Столкнет ли он меня?

Это первая мысль, когда я заглядываю за край обрыва.

Вторая: а может, мне столкнуть Кэша первой?

Падать придется больше двадцати футов. В глазах расплывается, сердце бешено колотится.

Я бросаю взгляд на Кэша. Он хмурится, глядя на свою старую рацию и повод лошади в свободной руке.

Я снова смотрю за край обрыва. Река тихо извивается внизу. Она прекрасна, больше и внушительнее, чем я представляла. Она петляет через суровый ландшафт, словно толстая веревка: путь окаймлен то пологими холмами, то отвесными скалами, как эта. Водная гладь сверкает на солнце так ярко, что мне приходится прикрыть глаза рукой от блеска.

Все как в кино.

Но кое-что не так живописно. Выражение лица Кэша. Забудьте о непредумышленном убийстве. Злой, тяжелый блеск в его глазах, жестко сжатые челюсти – это будет чистое убийство.

Даже сейчас, спустя несколько минут после того, как я случайно отпустила Марию, я морщусь от своей глупости. Кэш такой спокойный и уверенный, и, да, черт возьми, сексуальный, когда занимается своими ковбойскими делами.

А я – ходячий кошмар. Буквально. Я, кажется, пропотела насквозь, включая носки и лифчик.

Я знаю, что Мария убежала не по моей вине. Это правда. Я не знала, что нужно держать повод. Но я все равно в ужасе.

Кэш провел последние несколько минут, крича в рацию, явно напряженный.

Гуди и Мария все еще не вернулись.

Глубоко вздохнув, я подхожу ближе к краю. Пытаюсь думать о папе, а не о глупой ошибке, которую только что совершила.

Но мои отношения с папой – разве это не была еще одна глупая ошибка с моей стороны?

— Очень близко, – рявкает Кэш, заставляя меня вздрогнуть. – Клянусь, если мне придется спускаться туда за тобой…

— Извини, извини. – Я отступаю, скрестив руки. – Здесь красиво. Я понимаю, почему папе здесь нравилось.