Книга Академия контролируемой магии, страница 18 – Ольга Арунд

И мне бы испугаться, но ничего запрещенного, кроме вылазки в библиотеку, я не делала. Сомневаюсь, что ректор Оллэйстар передумал и решил наказать меня задним числом. Но для чего тогда меня вызывают? Что такого важного могло произойти? Может, Присли подавился желчью и умер?

Крамольная мысль заставила сердце замереть на несколько мгновений и выбросить глупости из головы. Не с моим везением такое счастье.

— Можно? – Секретаря на месте не оказалось, и, постучав, я заглянула в святая святых академии.

— Проходите, лиерра Грасс, – разрешил ректор Оллэйстар, и я послушно прошла, остановившись за два шага до его стола.

Массивная мебель, стеллажи с книгами, стеллажи с артефактами и дверь по правую сторону от меня, вот только гораздо больше обстановки впечатляла куратор Гронберг. Впервые на моей памяти по-настоящему злая Гронберг, сжавшая тонкие губы так, словно их не было вовсе.

Искрящийся, напряженный, едва не грозовой ореол вокруг нее прямо указывал на ее принадлежность к боевикам. Удивительное открытие; с другой стороны, кто бы еще мог держать в порядке женское общежитие?..

Вот только скрипнувших при моем появлении челюстей я не ожидала.

И такой взбешенной не видела ее даже тогда, когда на третьем курсе Линда решила отомстить Гронберг за выговор. Справедливый выговор, правда, Линду это не волновало, и, подделав отпечаток магии, она забралась в комнаты куратора. Мало того что при этом Линда повредила все охранки, так еще и оставила протухшие яйца шаргха, хотя они и свежие у неуловимого грызуна-переростка воняют так, что хоть выносите.

И все бы ничего, но эти самые яйца она оставила под заклинанием невидимости, и еще неделю куратор не могла понять, что сдохло в ее спальне.

Да, Линда была одной из самых талантливых студенток нашего потока, но за эту выходку ее отчислили. Не посмотрев ни на приближенного к императору папу, ни на успехи в учебе.

Вот и у меня уверенности в своей непогрешимости резко поубавилось, хотя яйца я точно не подкладывала. Не из-за трех же истеричных девиц меня вызвали! Серьезно, боевики регулярно устраивают и массовые потасовки, и дуэли, но никто при этом даже не чешется.

— Лиерра Грасс. – Из собственных мыслей меня вырвал строгий голос ректора.

Вот только я не поняла, когда успела осознать себя виновной и опустить голову, изучая затейливый узор ректорского ковра. Выпрямившись, я вскинула голову и уверенно посмотрела прямо на Оллэйстара, но почему-то увидела его таким, каким встретила ночью в библиотеке, – казавшимся безобидным, в рубашке с закатанными рукавами и ясным взглядом зеленых глаз.

И вот вопрос, какое мне, собственно, дело до глаз ректора?

— Что вы делали вчера с одиннадцати часов вечера до трех часов ночи?

— Спала, ректор Оллэйстар. – Идиотский ответ на идиотский вопрос.

— Вы правда рассчитывали, что она сама признается?! – обрушилась на меня куратор, заставив нервно отступить на шаг. – Это точно она! Больше некому! Я же показывала вам…

Но один брошенный ректором взгляд – и куратор замолкла на полуслове. Впечатляюще.

— Лиерра Грасс, а есть кто-нибудь, – ректор Оллэйстар даже не поморщился, – кто может подтвердить, что это время вы провели у себя?

Какого шаргха?!

— Да как вы смеете! – Академия далека от благородных пансионов, и к последнему курсу студентки могли обзавестись не только женихом или мужем, но и детьми, но чтобы я?! – Вы…