Онлайн книга «Почувствуй»
|
Он столько раз мне снился. Просыпаясь и засыпая, я всегда думала о нем. Буквально била себя по рукам, чтобы не залезть к нему на страничку. Приучала себя жить без него. Но всё равно хорошо запомнила и его горбинку на носу, и легкий аромат его одеколона, и густые, закрученные к верху ресницы. Я всё это хорошо помню, но всё равно оказываюсь не готова увидеть в реале. Воспоминания имеют свойство выцветать, а реальность… Она обезоруживающая, красочная и настолько яркая, что от нее становится даже больно. Наиль всё такой же высокий и широкий в плечах. Он смотрит на меня. Напряженным серьезным взглядом. Прямо в глаза. — Привет. Меня снова будто бьет разрядом тока от его голоса. Но на этот раз уже сильней. Голос. Это то, что, к сожалению, я начала забывать. Сложно его воспроизвести, когда очень долго не слышишь. — Привет, — киваю. — Думал, что показалось. — Как видишь, нет, — пожимаю плечами. — Какими судьбами в наших краях? — Работа. И у Миры вот на днях состоится выставка. Приехала поддержать. — Да, слышал. Она успешна в своей сфере. — Да, так и есть. Очень горжусь ею. Безопасная тема разговора дает несколько секунд для необходимой передышки. Может, я зря паникую? В конце концов, прошло два года. Судя по тому, что я увидела в ресторане, Наиль счастлив. И это… замечательно, верно? Собственно, именно этого я для него и хотела. Всё остальное — вторично. — Ты еще куришь? Зажигалка есть? — Наиль хлопает себя по карманам брюк и расстёгнутого пальто. — Нет. Но привычка носить зажигалку осталась. Мы отходим чуть в сторону. Я быстро достаю из сумки зажигалку и протягиваю Наилю. Он берет. Наши кончики пальцев на секунду соприкасаются. В горле сохнет. Я первой убираю руку и прячу ее в кармане. Наиль подкуривает. Стараюсь откровенно не пялиться на него, но взгляд не просто тянется, он почти липнет к нему. — Ты бы тоже подумал насчет того, чтобы бросить, — зачем-то советую, хотя не имею на это никакого права. Наиль затягивается, опускает руку, смотрит на сигарету, зажатую между пальцами, и кивает. — Думаю, — выдыхает дым. — Но пока с этим сложно. — Это только вначале. Потом проще будет. Главное — не заменить одну плохую привычку на другую, — говорю и не могу избавиться от ощущения, что в моих словах спрятан подтекст. Я делаю это не нарочно. Оно само так получается. — Ну а что работа? — спрашивает Наиль и бросает в мою сторону короткий взгляд. Не глаза в глаза, а куда-то ниже, затем снова смотрит вперед. — Ничего. Потихоньку развиваюсь. Не без трудностей, но справляюсь. А у тебя как? — Расширили ассортимент. Мужская линейка появилась и детская. — И как идет? — Детская хорошо себя показала, а мужская пока что со скрипом. Но мы были готовы к этому. — Для детей никогда ничего не жаль, а вот мужчины, наверное, не видят смысла выряжаться. — Да, что-то в этом есть. Мы замолкаем. Я смотрю себе под ноги, пытаюсь держать ритм дыхания ровным. Получается с переменным успехом. Безопасная тема рискует стать опасной, потому что вот-вот исчерпает себя. Я волнуюсь, чувствую тяжесть своей вины. Она настолько необъятная, что остается только удивляться, каким образом мне удалось выжить под ее тоннами. Не поздно ли просить прощения? И значит оно теперь хоть что-то? — Наиль, — выдыхаю и замечаю, как он вздрагивает и снова затягивается. |