Онлайн книга «Почувствуй»
|
На кухне вдруг воцаряется молчание. У меня в ушах шумит кровь. Внутри всё раскурочено. Я не могу дышать. Мне, блядь, больно. — Извини. Я должна была об этом сказать раньше, но уже как есть, — Ива разводит руками. Я ее почти ненавижу за это движение, за ее слова, за ее взгляды и смех. Ненавижу и всё равно люблю. — Я ради тебя рискнул всем, — шепчу треснутым голосом. — Ради, блядь, тебя! А ты говоришь, что всё это несерьезно?! — А я об этом просила? — Ива вздергивает одну бровь. — Нет, не просила. Ты эмоционально не вырос, Рунаев. Сам себе что-то придумал и сам поверил. Я тебе говорила не быть таким романтиком. Ты не послушал. Надеюсь, урок усвоишь и в следующий раз не будешь ходить с душой нараспашку. Больше она ничего не говорит, только обходит меня и оставляет на кухне одного. Несколько секунд я не могу даже пошевелиться. Пялюсь в одну точку. В ушах звенит и разрывает перепонки ее насмешливое: ты этого не стоишь, не стоишь. Не достоин, не достоин, не достоин. Лучше бы бугаи Смолин в тот злополучный вечер меня убили нахуй. Нет. Лучше бы я вообще никогда не появлялся в «Феромоне». Сейчас моя жизнь была во много раз проще. Трахал бы каждый раз новую тёлку, работал свою работу и горя не знал. Во мне что-то лопается. Все чувства смешиваются и превращаются в серную кислоту. Разворачиваюсь на каблуках, выхожу из кухни. Ива наспех скидывает свои вещи в чемодан. Ее руки не дрожат. На лице нет ни единой эмоции. Ей просто… похуй. Она несколько минут назад раздавила меня, размазала, уничтожила и просто переступила. Так легко и непринужденно, будто я и в самом деле ничего не стою. Молча швыряю гребанную коробочку с кольцом на кровать. — Это тебе в качестве компенсации за проведенное время с тряпкой, — зло бросаю и ухожу нахуй из квартиры. Смотреть на то, как она сваливает у меня нет желания. Кажется, точно сдохну, если увижу, как за ней закрывается дверь. Глава 42 Ива — Ты уверена, что не пожалеешь? — аккуратно спрашивает меня Мира. Я делаю вид, что сбор вещей — самое увлекательное в мире занятие. На самом же деле просто пытаюсь спрятаться. Кажется, если перестану даже пытаться сделать это, просто развалюсь на куски. — Я ни в чем уже не уверена, — мои губы растягиваются в жутком подобии ироничной ухмылки. На кровати гостиничного номера, в котором я живу почти неделю, валяются мои вещи. Я пытаюсь их сложить и упаковать в чемодан, но не получается. У меня дрожат руки как у алкоголички с внушительным стажем. Я банально не могу вспомнить, как нужно правильно сложить брюки, чтобы они не заняли полчемодана. — Ива, — тихонько зовет меня подруга и осторожно извлекает из моих рук несчастные брюки. — Может, не надо, а? Может, нужно немного притормозить и прийти в себя? А потом… потом поговорить с ним, что думаешь? — Мне не о чем с ним говорить! — взрываюсь и раздраженно передёргиваю плечами. Я понимаю, что Мира не заслужила вот такой моей реакции, но контролировать себя уже просто не могу. У меня нет сил. Ни на что. — Тебя там не было, Мира! Ты не видела! Не видела его! Я резко замолкаю и принимаюсь нервно расхаживать по номеру отеля. От крика у меня начинает саднить горло. Пытаюсь успокоиться, перевести дыхание. Я ненавижу себя и презираю. Часто моргаю, пытаюсь прогнать морок, но он только сильней сгущается. |