Онлайн книга «Голубка Атамана»
|
Скептический взгляд Давида указывал на то, что моя затея имела все шансы не осуществиться. Но это уже было делом чести — налепить ему на лицо эти дурацкие огурцы. — Как ты это делаешь? — Давид улегся на пол, раскинул руки и ноги в разные стороны, принимая позу «звезды». — С первого раза никогда ничего не получается, — спокойным размеренным голосом произнесла я. — Ты должен не растягивать себя. Не рвать связки. Йога — это не про боль, а про комфорт собственного тела. Мы расположились в обширной зале с мягким ворсистым ковром. Давид оказался совершенно не гибким. Я бы сказала, стальным. Впрочем, как и подобает мужчине. Но, несмотря на это, Давид упорно пытался повторить те асаны, что делала я. Тихо матерился, но всё равно пытался. — Попытайся для начала успокоиться, — в который раз напомнила я. — Не думай ни о чем. Это важно. Дыши спокойно и ровно. Никакой обсценной лексики, ты меня понял? — Понял-понял, — пробормотал Давид. — Я думал, что легче будет. А тут себя в узел свернуть, оказывается, нужно. — Выполняй самые легкие асаны. Не наблюдай за мной. Сосредоточься на себе. — Сложно не наблюдать, — глаза Давида лукаво блеснули. — Ладно. Хорошо. Какая там самая простая асана? — Тадасана, — подсказала я. — Ага. Поза горы. Уже запомнил. Давид поднялся с пола, стал прямо, хорошенько расправив плечи. Взгляд сосредоточенный. Руки опущены. Кажется, он начал ловить нужную волну. После йоги и лёгкого завтрака я продолжила пробираться вперед, по намеченному курсу. Давид, конечно же, сопротивлялся, когда я пыталась нацепить ему на лицо тканевую тонизирующую маску. — Ло, ну я же не баба всё-таки, — он наморщил нос. — Знаю. Очень даже хорошо знаю. И поверь, от одной маски ты бабой точно не станешь. Возможно, всё это было такой глупостью: и йога, и маски эти, и фреш апельсиновый. Но мне просто хотелось, чтобы Давид расслабился. Он слишком напряжен. Порой, это напряжение витало в воздухе. А вся эта ерунда с «церемонией красоты», на мой взгляд, помогала отвлечься. — Эта зеленая дрянь точно потом смоется? — Давид скептически посмотрел на себя в зеркало после того, как я нанесла ему на лицо маску из зеленой глины. — Смоется-смоется. Не переживай. С бокалами, наполненными апельсиновым фрешем, мы вышли на террасу и уселись в кресла, прямо под ласковые весенние лучи солнца. Давид вытянул ноги и аккуратно, чтобы не размазать маску, глотнул фреш через тоненькую соломинку. Это было забавное зрелище. — Знаешь, что я только что понял? — Давид повернул лицо к солнцу. — И что же? — За весь сегодняшний день я ни разу не воспользовался ингалятором. Никакого удушья. — Так это ведь отлично! Давид Андреевич, меньше нервничайте, — я засмеялась. — Огурчики на лоб лепить будем? — Будем, — с шутливой обречённостью согласился Давид. После того, как мы смыли маски, я собственноручно налепила и себе, и Давиду на лицо колечки огурцов. Одно из них не выдержало натиска, и оказалось во рту у Давида. — Будешь у меня теперь совсем юным, — пошутила я. — Значит, я для тебя уже старый? — Давид чуть-чуть нахмурился. — Ты в самом расцвете сил. Внезапно послышался стук входной двери. Мы были на первом этаже в кухне. Вскоре на пороге возник худой высокий мужчина с крючковатым носом. — Дава, ты че? — хохотнул визитёр. — Никак сбрендил и еду на лицо начал лепить? |