Онлайн книга «Голубка Атамана»
|
Шестерёнки в моей голове начали со скрипом, но всё же усердно работать. Непоправимого не случилось. Все живы. Слава богу! А это главное. Сейчас я не могу позволить себе быть слабой. Не могу позволить, чтобы папино сердце болело. Все эти аргументы резко отрезвили меня. — Дочка, чем я могу тебе помочь? — спросил отец, всё еще удерживая меня в кольце своих рук. А что он мог сделать? Ничего. И не потому, что беспомощный или плохой отец. Нет. Просто этот страх засел в моей голове, и только я могу его оттуда вытравить. — Я справлюсь, пап, — тихо прошептали мои губы. — Уже не маленькая. Просто мне страшно. Это… Это ведь пройдет, правда? — Ло, ты навсегда останешься для своего старика маленькой девочкой. Всё проходит, радость моя. И хорошее, и плохое, — папа аккуратно осмотрел меня: мое лицо и шею. На горле остались следы от чужих пальцев. На лице — ссадины и синяки. Но хотя бы нос перестал болеть. — Прости меня. — Пап, да за что? За то, что эти ублюдки привыкли безнаказанными ходить? Откуда ты мог знать, что может случиться что-то подобное? Всё ведь было хорошо. Кажется, мы неосознанно поменялись ролями и теперь я пыталась успокоить отца. Но в этой попытке успокоения я находила силы и для себя. Внезапно раздался стук в дверь. Мне показалось, что ударили в грудную клетку. Стук был уверенным и каким-то отрывистым, словно нетерпеливым. Давид… Я обменялась с папой быстрым взглядом. Он медленно отпустил меня, а я почти тут же побежала открывать дверь. Господи, я как какая-то верная собачонка, которая спешит навстречу к своему хозяину! Открыв дверь, я увидела Давида. Похоже, это уже стало нормой — его разбитое лицо. Кажется, после того как мы ночью расстались в больнице, Давид кое-как всё же привёл себя в порядок. Теперь он выглядел чуть лучше, но следы после драки ошеломляли своей разнообразной палитрой красных и темно-фиолетовых оттенков. — Проходи, — пробормотала я, открывая дверь шире. Давид вошел в коридор и разулся. Мне вдруг стало значительно легче и безопасней что ли. Из комнаты вышел отец. Он с лёгким прищуром посмотрел на Давида, как бы уже детальней изучая его в спокойной обстановке. В маленьком узком коридорчике внезапно заискрилась какая-то непостижимая для меня сила. И, кажется, что кроме меня ее никто больше не ощущал. Давид выпрямился и так же прищурено посмотрел на моего папу. Тоже изучая его. Теперь, когда мы находились в отдалении от эпицентра событий, можно было детальней оценить обстановку. Мой отец совершенно неконфликтный человек, но слабаком я называть его никак не могла. Атаман пусть и был с каким-то невероятно огромным сколом в душе, но и он явно не относился к слабым личностям. И теперь эти два неслабых существа оказались в тесном пространстве моей квартирки. Подсознательно я знала, что тревожиться не о чем. Причин для конфликта ни у папы, ни у Давида точно нет. Думаю, это просто что-то такое мужское — оценить сильного потенциального противника. — Будут новости — позвоню, — обратился ко мне отец. — Обязательно, — тут же отозвалась я. — И передай тёте Ире, что мне жаль. Очень. Сашка выберется. Он привык всегда выкарабкиваться из любых трудностей. Я обязательно его навещу. — Хорошо. Передам. Я посмотрела на Давида. Он недовольно чуть выгнул левую бровь. Но затем быстро вернул себе прежнее спокойное выражение лица. |