Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»
|
— А господина Годара я попросила нарисовать наши с Люсом портреты. — Надеюсь, он не слишком много взял за эту работу? — Неважно, Алаин, – Элида слегка нахмурилась, затем с надеждой в голосе произнесла, заглядывая в глаза мужу: – Так тебе нравится? — Ну конечно, – смягчился Алаин. – Спасибо! Он притянул жену к себе и, приобняв за талию, поцеловал. За их спинами вдруг послышалось чье-то недовольное покашливание. Алаин оторвался от Элиды и обернулся. Рядом стоял мужчина в длинном темно-синем сюртуке и в черной широкополой шляпе, скрывавшей глаза. Светлые волосы чуть ниже плеч были затянуты сзади в тугой хвост. — Господин Тигальд, – с ноткой раздражения проговорил он, – кажется, мы должны уже отплывать. Элида, лишь услышав его голос, отчего-то вздрогнула и пристально поглядела на мужчину. Тот надвинул шляпу на лоб еще глубже. — Да, господин Маркат, одну минуту, – проговорил Алаин. – Я прощаюсь с семьей. — Я только хотел напомнить вам о времени. — Не переживайте, в Хегоальдеко мы придем точно в назначенный час, – сказал Алаин. — Надеюсь на это, – холодно произнес господин Маркат. Он поклонился, не показывая лица, сначала Элиде, затем Люсу, а после резко развернулся и поднялся по трапу на корабль. * * * На этом сцена закончилась. Изображение стало гаснуть и вскоре потухло, растворилась в воздухе пелена. Люс некоторое время стоял в задумчивости. Восемь лет прошло с того момента, как они вот так с мамой попрощались с Алаином, после чего – месяцы ожидания, неизвестности и, наконец, похороны отца. Из памяти Люса уже успели стереться мелкие подробности этой сцены, и теперь он будто заново переживал тоску, которая овладела им тогда. Простояв так с минуту, Люс наконец сказал: — Честно признаться, я не понимаю, почему нам показали именно этот эпизод из моей жизни. В голове зазвучал переливчатый голос фатума: — Судьба, сокрытая внутри, попала в руки к своему хозяину. Люс непонимающе уставился на Гайена. — Медальон, который подарила госпожа Тигальд твоему отцу, и есть шкатулка судьбы, – пояснил Илунг. — Не может быть! – воскликнул Люс, а в голове пронеслась мысль: «Неужели это тот самый медальон, который хранится у Марбха Сурата?» — На корабле с ним что-то произошло, – продолжил Гайен, – потому что по пути в Хегоальдеко, судя по тому, что ты мне рассказывал, судьба Алаина изменилась. — Искалечена магией, – прозвенел фатум. — Магией ультрамарина, – добавил Гайен. — Но кому и для чего понадобилось менять чужую судьбу? — На этот вопрос у меня пока нет однозначного ответа, – сказал Гайен. Вновь хрустальным звоном раздался в голове голос фатума: — Вам пора уходить. Гайен склонил голову и произнес: — Мы благодарим вас за оказанную нам честь и помощь. Фатум зажурчал говорливым ручейком, а затем вывел Люса и Гайена из купола. Люс заметил, что очертания предметов вокруг стали рассеиваться, фатумы блекли и исчезали, синее небо и вода постепенно белели. Еще через несколько мгновений окружающий мир вновь погрузился в ослепительную белизну. — Возвращаемся, Люс, – произнес Гайен. – Посмотри мне в глаза. * * * Люс сидел в кресле, притихший и задумчивый. Гайен, расположившийся на диване напротив, не тревожил его, понимая, что нужно осмыслить произошедшее и увиденное. — Выходит, это мама стала причиной тому, что отец оказался в другом мире? – удрученно сказал Люс. |