Онлайн книга «Ультрамарин. Нарисованная реальность»
|
— Ну, мыслей нырять в море у меня не было, – с иронией сказал Люс. — Но вы подумали о Луул, ведь так? – усмехнулся Гайен. — Ну да… – промямлил юноша и покраснел, уставившись в пол. — А Луул в это время плавала в море. Поэтому неудивительно, что вы оказались в воде. Люс задумался. А тогда, в Падоко, какие мысли крутились в голове, когда он рисовал картину? Вспомнил отца – и ультрамарин перенес его к нему? — Но история на этом, конечно, не заканчивается, – перебил размышления Люса Илунг. – Разу-меется, создание таких красок не осталось незамеченным в мире Знающих. Некоторым захотелось воспользоваться плодами трудов Зоама Булы в своих личных целях. И тогда один из Знающих – Марбх Сурат, который, кстати, был учеником Зоама Булы, – украл несколько баночек. Причем именно ультрамарина. К счастью, записи формул были или тщательно спрятаны, или уничтожены, поэтому ему пришлось довольствоваться лишь теми красками, что были приготовлены. — То есть ему понадобилось средство, которое поможет перемещаться в пространстве. — Не только в пространстве, – заметил Гайен, – но и во времени. — Это очень… удобно. — Да, действительно. Но не думаю, что ультрамарин нужен Марбху Сурату только для этого. Доподлинно никому не известно обо всех свойствах красок, кроме разве что Зоама Булы. А он после предательства ученика оставил дела и теперь странствует по мирам. Гайен замолчал и вернулся на диван, а Люс погрузился в задумчивость, пытаясь осмыслить услышанное. Потом медленно протянул: — Вот только не пойму, при чем здесь я? — На этот вопрос я не смогу дать однозначный ответ, – серьезно проговорил Гайен. – Разгадка, возможно, кроется и в том, что Зоам Була напророчил ваше появление в моей лавке; и в книге, которую он передал; в конце концов, в вашей с ним встрече. Думается мне, что ультрамарин играет в вашей истории не последнюю роль. — Да, видимо, так, – тихо произнес Люс. Он разглядывал потертые носки ботинок. И решался. Рассказать Гайену все, начиная со встречи с Зоамом Булой. Кажется, на Гайена можно было положиться. Луул ошибалась в нем: Илунг именно тот человек, который поверит и, вероятно, поможет. Люс вскинул голову и взглянул на Гайена, который пристально следил за каждым его движением. Не выдержав тяжелого взгляда, юноша все же отвернулся и заговорил, делая паузы между предложениями: — Я встретился с Зоамом Булой в Падоко. Помог ему с повозкой, и в благодарность он подарил мне футляр с ультрамариновыми красками, – при этих словах Гайен приподнял правую бровь, а глаза его хищно блеснули. – Я решил воспользоваться ими и, когда рисовал, каким-то непостижимым образом перенесся на корабль – в ужасный шторм. Как я тогда не погиб, не представляю. Но не это самое интересное, – Люс повысил голос. – Важно то, что на корабле был мой отец! Отец, которого восемь лет я считал погибшим! И мало того, что он жив и здоров! Он говорит, что все это время воспитывал меня он, потому что моя мать… умерла! — Занятная история! Так говорите, что Зоам Була подарил вам ультрамарин, – сказал Гайен. – А краски? Где они? — Остались в Падоко, – чуть обиженным тоном ответил Люс, досадуя на то, что Гайен заинтересовался лишь красками. – Думаю, на том же самом месте. Он мысленно перенесся в Падоко, на Дикие Берега, где на отвесной скале остался мольберт и все его принадлежности, в том числе и футляр с баночками драгоценной краски. Люс не был до конца уверен в том, что они сейчас лежат там. И вовсе не потому, что кто-то мог их взять – места те были безлюдными. Происходящее теперь казалось таким неустойчивым, шатким, поэтому невозможно было ручаться за то, что там все осталось по-прежнему. |