Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
Но он разделил своих сипахов. Бросил часть на левый фланг русских, половину между австрийскими и русскими войсками, и остаток пошел в обход. Хуже всего пришлось австрийцам у Карачая. Но – русские стояли насмерть. И бежать как-то не получалось. Когда рядом с тобой, наплевав на рвущуюся вперед оскаленную смерть, стреляют, перезаряжают и снова стреляют, когда бьют штыками в хрипящие конские морды, держатся, стоят, не кланяются врагу… Конница разбилась о каре, как волна о скалы. А сточить – не смогла, не хватило сил. Не свернули… Суворов сам повел войска в наступление. — Вперед! Ни шагу назад! Иначе погибнем! Вперед!!! Союзникам оставалось только за голову хвататься. Но русские делали невозможное! Они шли вперед. Отбивая атаки турок, ломая через колено любое сопротивление, отвечая огнем на огонь. Конница пыталась атаковать, но уже слабо и несогласованно. Суворов опрокинул и их и на плечах бегущего противника подошел к главному лагерю османов. Тут его уже ждали. Сорок тысяч войска – у Суворова с союзниками было вдвое меньше, и сражались они с восьми утра, а сейчас было почти три часа дня, и устали… Но это было даже не на злости. Просто – впереди враг. И его надо добить, уничтожить, разнести в кровавые клочья, а потом уж… — Кавалерия!!! Османов подвели полевые укрепления, которые были построены чуточку небрежно – ну кто мог знать, что эти безумцы дойдут сюда? Да никто! Вот и не слишком озаботились! Шесть тысяч австрийцев атаковали прямо на окопы. И турки дрогнули. Так не воюют! Это же против всей науки! Русские прорвались сразу же за кавалерией, пошел врукопашную Стародубовский карабинерный полк, завязалась уже не битва – драка, в кровавые клочья, до последнего, когда даже умирая, думаешь не о себе – до последнего, штыком, руками, ногами, да хоть бы и зубами достать врага! И турки дрогнули. Кто побежал первым? Не узнать. Но сердца стоять до конца и драться насмерть у них не хватило. Юсуф-паша не потерял головы, он до последнего старался что-то сделать… да хоть бы оборону переправы организовать, но солдаты… нет. Турки в тот момент уже не были солдатами. Просто – обезумевшая от страха толпа, которая спасала свои жизни. И не было им дела ни до Османской империи, ни до чести воинской, да и чести-то уже не было. Только жажда жить. И они всласть утолили ее из разлившегося Рымника. Не одна сотня турок утонула в нем при переправе. Погибших у турок насчиталось порядка двадцати тысяч человек. У союзников – шестьсот пятьдесят человек. Трофеев было столько, что даже интенданты воровать перестали – и так не лезет. Некуда. И тут появился Потемкин. Глава 11 — Ты с ума сошел?! Камиль Демулен тряхнул головой. — Нет. Я уезжаю. — Но… ты нужен нам, ты нужен революции! — Нет, Максимилиан. Я не останусь здесь. И Люси не оставлю. — Люси… ах да! Ты собирался жениться! — Я и сейчас собираюсь. Мы поженимся и уедем отсюда – пока еще можно. — Пока? Камиль, объяснись. Мужчина молчал, отводя глаза в сторону. — Я думал, мы друзья. — Я тоже так думал, Максимилиан. — Но… – Максимилиан Робеспьер просто не знал, что сказать. Невелика птица – Камиль Демулен, но он был! И, казалось, был всегда! Требовал провозглашения республики, издавал памфлеты, был под рукой… И вдруг – уехать? Это он-то, который свято верит в свободную Францию?! |