Книга Графиня Справедливая, страница 188 – Галина Гончарова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Графиня Справедливая»

📃 Cтраница 188

Так и сделали.

Турки настолько впечатлились и преисполнились легкости, что так, налегке, с береговой батареи и улетучились. Были – и нету.

Только мертвецы валяются. И пушки стоят.

Ушаков настаивать не стал. Ему еще чиниться и Потемкину надо письмо отправить.

Так и так, Светлейший, приказ твой выполнен, враг разбит, жду новых указаний!

Ушаков вообще не возражал бы сейчас пройти вдоль берега до самой Анапы. Так, поздороваться.

Сюда снаряд, туда снаряд… вы, гады, сколько лет всех в страхе держали? Сколько лет на русские земли налетали? Грабили, убивали, в рабство уводили?

Расплата вежливо постучалась в двери. «Бонапартой».

Чудесный, просто великолепный снаряд!

Ушаков понимал, он и так бы справился, но потери были бы больше, а ему надо беречь жизни русских моряков! Это – ЕГО люди!

Его Российская империя!

Ну а турки…

Пусть жалуются, если найдут куда. И Ушаков принялся подводить итоги битвы[113].

В своем донесении Светлейшему контр-адмирал Ушаков написал, что «флот неприятельский, как заметно было, разбит несравненно больше, нежели в прошлом году. Всевышнего ж провидением только спаслись многие корабли от плену, ибо редкие случаи таковые бывают, что сделавшаяся тихость и перемена ветра нас удержала упустить его почти из рук, а ему способствовала удалиться».

Потери русских моряков составили семнадцать человек убитыми и двадцать восемь ранеными, у турок – осталось неизвестным. Несколько кораблей так и затонули, в том числе и «Капудания». Саид-Али был ранен и долгое время болел, Гассан-паша же не решался вновь напасть.

Было, было за что Ушакову и стать адмиралом, и получить орден Святого Александра Невского[114].

А через пару дней начался и штурм Стамбула.

* * *

— Ваше императорское величество! Умоляю, лишь одно слово! Они – живы?!

Екатерина вторая сочувственно посмотрела на Ферзена.

Некоторые вещи были известны не то что в России, а, наверное, даже на Аляске. В том числе и его любовь к Марии-Антуанетте. Взаимная.

— Они живы, граф.

— Я могу… увидеть?!

Ферзен говорил с трудом, горло словно судорогой свело.

Его сын. Его и Марии-Антуанетты… неужели он жив?! Неужели не все еще потеряно?

Екатерина Вторая посмотрела на фрейлину:

— Маша, проведи графа. Сначала, наверное, к ее высочеству, а потом и к его высочеству, пусть вместе сходят.

— Благодарю вас, ваше императорское величество.

Ферзен медленно шел за пожилой женщиной. Та молчала, пока не дошла до двери, у которой стояли два гвардейца. Постучала.

— Да-да? – раздался звонкий голос.

Но это не ее высочество?

— К вам его сиятельство Ферзен…

Долго ждать не пришлось, дверь тут же распахнулась, и девушка лет пятнадцати пригласила их внутрь. А там, на диванчике у окна…

Шарлотта была больше похожа на отца, чем на мать, но это точно была она. Ее глаза, волосы, улыбка…

— Граф! Как я рада вас видеть!

И голос.

Это точно она.

— Ваше высочество!

Ферзен упал на колено, коснулся губами руки.

— Нет-нет, вставайте, дорогой граф. Скажите, могу я к вам обращаться проще? Матушка называла вас Хансом, вы позволите мне называть вас, как и она?

И в глазах – знание.

Я понимаю, что вы были близки с моей матерью. Вслух я этого не скажу, но в память о ней – ты дорог и мне. Разве обязательно говорить вслух такие вещи?

Ханс кивнул:

— Да, ваше высочество.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь