Онлайн книга «Графиня Справедливая»
|
Варя занималась детьми. Как могла. То есть кормила, умывала, следила за одеждой и обувью, рассказывала сказки и даже спала вместе с ними. Малышню мучили кошмары. А так проснешься рядом с Варей, уткнешься в нее носом, и вроде легче становится. Варя, правда, регулярно не высыпалась, но это дело такое, можно и днем когда подремать. А можно и лишнюю сказку рассказать. Или обучить малышню играть в классики, в крестики-нолики, в морской бой, благо, чтобы разжиться парой грифельных досок и мелом, много усилий не понадобилось. Отлично сражаются, не хуже прочих, даром что королевские отпрыски. И на одной ножке прыгают. Дети же… Они не забудут. Но детскому организму не свойственно переживать постоянно. Оно и к лучшему, а то лечить малышей успокоительным Варя не хотела, они тут все дурного происхождения, а что еще им дать? Да фиг их знает! От лихорадки хину, от температуры, кажется, кору ивы, а от нервов? Шуточка про топор от головы как-то Варе не зашла. Утешало одно. Никто королевских детей не искал, да оно и понятно. Революция – она ж завсегда бардак, особенно на начальной стадии. Кому искать-то? И как отличить именно этих детей? По портретам? Ага-ага… на них и Варя себя не признает. С нее одну штуку нарисовали, еще с ТОЙ Варвары, так на нее смотреть страшно. Волосы наверх взбиты, морда вся нарисованная, глаза выпучены, как у лягушки, поставь ее в нормальном виде рядом – так и не признают. Пикассо еще не родился, а дело его живо! Варя представила себе, как будут искать королевских детей по описанию, и прикусила губу – ржать не хотелось. Будет им еще один анекдот[78]. Так что, медленно и печально, они преспокойно дотрюхали, иначе и не скажешь, до границы, а оттуда и до Франкфурта-на-Майне. * * * Встать на зимние квартиры? А, простите, зачем?! Потемкин даже вероятность такую не рассматривал. Врага надо было бить – и он собирался это делать! Суворов взял Измаил, сам Потемкин перешел через Днепр, войска визиря драпали быстрее собственного визга – и чего еще надо? Вперед, и только вперед! А с татарами, которые пробовали налетать на обозы в своем любимом стиле: «всех зарежу – все украду», отлично разбиралась «бонапарта». Пары раз хватило, после этого татары уже в серьезные отряды не собирались, а маленькие… ну, тут уж кто и кого. Рождество Потемкин встретил в Адрианополе. Город ему сдали без боя… практически. Когда русские войска подошли к стенам города, Искандер-паша посмотрел на них, подумал, да и прислал парламентеров. Потемкин их принял честь по чести, куда и тоска девалась? Видимо, победы очень тонизирующе подействовали! Паша даже не сопротивлялся особо. Согласился на почетную сдачу. Гарнизону разрешили уйти со знаменами и оружием, а Потемкин спокойно занял освободившийся город. Тут-то и всполошился султан Селим. Он только что на престол сел, буквально вот-вот, и – что?! Ему реформы проводить надо, с янычарами разбираться, а если он столько отдаст… хотя… А чего это он будет разбираться с янычарами? На войну, господа! На войну! Бодро, весело и с развернутыми знаменами. Где тут мой визирь? Ты мне обещал, что разобьешь русских? Вот тебе янычары, иди и разбей! И лучше еще вчера! Селим убивал сразу двух зайцев. Побьют янычары русских – ему хорошо. Не побьют – конечно, плохо, но русские и так идут вперед. И останавливаться не собираются. Зато ему потом с янычарами не разбираться, а то повадились султанов менять! И ведь не прижмешь эту вольницу к ногтю, нет у него столько верных войск! |