Книга Замри. Роман с театром, страница 249 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 249

Слово лихой отпочковалось от лихо (горе, беда, несчастье) и, зажив самостоятельной жизнью, покатило, как лихач, угрожая всем, кто на пути. Оно докатилось до девяностых годов и в конце их, говорят, исчезло. Но это о другом…

Смотрел на Росарио как на актрису, пытаясь угадать, что хочет сыграть.

Она внучатая племянница Аугусто Сандино, с горсткой партизан начавшего борьбу. Американцы объявили его бандитом, архиепископ отлучил от церкви. Однако к местному Робину Гуду шли радикалы и юноши. К 1932 году генерал Сандино добился ухода янки. Но героя предал лидер Национальной гвардии генерал Самоса и на сорок лет установил власть своего клана.

Путь Сандино богат поворотами, однако то, что известно о племяннице…

Вот где сериал: Швейцария и Кембридж, на родине – оппозиционная газета, тюрьма, партизанские тропы, Ортега. Полный набор всего, от чего млеет люд: любовь, подполье, клички Каролина и Габриэле, смена костюмов, революция, сексуальная сеньора проповедует католическую мораль, увлекается балетом, сочиняет стихи, принимает глав государств и пригревает авангардистов.

Росарио легко подхватывала любую тему, её тон становился жёстким, когда речь касалась политики, и елейным при имени гражданского мужа. Он гонял на джипе, сплёвывал сквозь зубы, ни дать ни взять пацан из харьковского двора, никак не заподозришь в любви к поэзии.

Соединение в одной социалистической упряжке столь разных по воспитанию и характерам типов придало пикантность этой паре. Образ покровительницы муз и поэтессы работал на имидж режима. Западные левые восхищались. Я не западный, не левый, но испытал на себе магию этой чертовщины.

Легко освободиться от неё, схватившись за любое известное понятие, скажем – авантюризм. Это освобождает от труда понять, но ничего не объясняет.

Раневской была Сокорро Бонилья. При диктатуре – эмигрантка, после – лидер Национального театра. Вынужденный прервать работу и слетать домой, я попросил тихую ассистентку в моё отсутствие повторять с актёрами текст. Вернулся, зашёл в зал – моя тихоня, развалившись в кресле, кричит на Бонилью.

«Что это, Сокорро?» Она: «Ты же поручил ей командовать».

Как не вспомнить Тбилиси, где после директора главный в театре – вахтёр с красной лентой на рукаве. Вроде человек как человек, а надел повязку – и сразу хам, презирающий всех, кто без повязки. Дай волю, он бы всех их повязал.

Что такое замок Иф месье Дюма по сравнению с тюрьмами, в которые бросал противников Самоса? Называй их или не называй, но известные миру лагеря (эксклюзив XX века) по форме смахивали на пристанище людей. А тут норы в земле, покрытые решёткой. Единицы спасённых из преисподней не могли понять, кто они и откуда. Сохранившие остатки зрения смотрели на божий мир и… хохотали. Если бы увидели происходящее вокруг…

Томас Борхе – один из создателей Сандинистского фронта национального освобождения – до революции скрывался в доме Мурильо, гостил у Маркеса в Мехико, где собирались сандинисты, встречался с писателем на Кубе. Спустя годы он стал собственником, владельцем развлекательного центра «Синий пляж».

Не любуясь ли тем, как граждане берут лежаки, Борхе писал: «Мы пришли к власти, покрытые дуновением святости. Мы были “мальчиками”, героями народа, который освободили. Но потом пришла война, внешнее давление, экономический кризис, ошибки, и герои, которыми мы были, превратились в королей».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь