Онлайн книга «Экспедиционный корпус»
|
«Примусы еще надо прикупить, чтобы хотя бы чай горячий после холодной каши можно было попить», – сделал себе пометку Климов и обрадовал солдат тем, что постарается привезти приборы для разогрева. Кофе, кстати, действительно для русских солдат заменили на чай, правда, вместо водки, как прежде, выдавали либо ром, либо дешевое вино и не менее дешевый коньяк. Солдаты в последнем случае кривились особенно сильно, но пили. В чем возникла проблема наладить производство водки или, на худой конец, самогона, осталось для всех тайной за семью печатями. — Лучше уж браги бы обычной дали, а то это пойло клопами воняет… – жаловался один солдат. – На клопах его, что ли, действительно настаивают, коньяк этот гадский? Эта «однозвездная» дешевка и впрямь густо пахла названными противными насекомыми. — Рядовой, ты концептуально неверно смотришь на вещи… – произнес штабс-капитан. — Это как это конц… – споткнулся солдат на незнаком слове. Михаил Климов за счет своего нормального поведения и заботы о солдатах смог заслужить их уважительно-доверительное отношение, так что простые бойцы его не чурались и могли что-то спросить или пожаловаться, обратившись напрямую, или вот так пообщаться в режиме «вне строя». В то время как в остальных ротах бригады солдаты старались лишний раз не пересекаться с офицерским составом или делали это чисто по уставу. — От слова «концепция», иначе говоря: основа или главная мысль. То есть это не коньяк воняет клопами, а клопы пахнут коньяком. Улавливаешь разницу? — Улавливаю, вашбродь! – улыбаясь от уха до уха, ответил солдат под сдержанный смех сослуживцев, которые уже хорошо знали, что их командир тот еще острослов и шутник. — Так что, когда вернешься домой, станешь стареньким, пробьет тебя на воспоминания о лихой службе в далекой Франции, раздавишь клопа, нюхнешь и вспомнишь, как в молодости пил благородный напиток в траншее под немецким обстрелом. Сыновьям или там внукам дашь клопа понюхать, чтобы знали, как настоящий коньяк пахнет, а то вдруг достанут по случаю, откупорят, нюхнут и подумают, что порченое, и выльют еще бестолочи… Тут солдаты чуть не попадали от смеха, видимо, живо представив себе такую картину. Ну и сама мысль, что благородный напиток может вонять клопами, их тоже изрядно развеселила. — Что «ха-ха»?! – с преувеличенно серьезным видом продолжил штабс-капитан. – Это вы, ваше счастье, еще заплесневелый сыр, что старыми портянками воняет, не ели. А тоже выдают за деликатес… Странные все-таки французы люди, жрут всякую гадость, будто нормальной еды нет, то улиток, то лягушек, то плесневый сыр. Приходится тоже есть, стараясь не дышать, и при этом делать умильную рожу, дескать, понравилось очень, дайте еще пожевать этой синей плесени… и запивать все это воняющим клопами коньяком. Тут с бойцами вообще истерика случилась. Но в такой нервозной обстановке много и не надо, как и быть Задорновым энд Петросяном, чтобы качнуть настроение людей из одной стороны в другую. — То есть вашбродь… надо понюхать портянку… – давясь смехом, проговорил еще один солдат, – чтобы понять, как пахнет этот сыр?! — В точку! Понюхал клопа, что держишь в правой руке – вот тебе выпитый коньяк. А потом занюхал его портянкой, коя в левой руке висит, и вот вроде как закусил коньяк деликатесным сыром рокфор. Ну или наоборот, кому как больше нравится. |